Подойдя к Анжеле уже несколько нетвердой походкой, он, икнув, произнес:
– Отличная попа, моя сладкая!
Ну да, он наградил ее
Еще бы, сколько поп он за эти годы облапал!
Ну, раз так, то не грех вернуть ему комплимент – как и тогда, в Виндзорском замке.
– А вот у вас, ваше королевское высочество,
Поперхнувшись остатками виски, дядя Кларенс подозрительно уставился на нее.
Кажется, начинает
– Мы с вами уже сталкивались, моя сладкая?
– О да, ваше королевское высочество!
Снова икнув, дядя Кларенс заявил:
– Для тебя я просто Эдвин! Оставим все эти церемонии для моей мамочки, да хранит ее господь! Пусть она проживет сто сорок лет. Знаешь почему? Не потому что я ее любимый сын, а потому что мой старший братец, принц Уэльский, тогда окочурится раньше нее и никогда королем не станет!
Мадлен мастерски подлила герцогу еще виски, и тот отсалютовал бокалом Анжеле.
– За здоровье ее величества королевы, моей любимой матушки!
Осушив бокал до дна, он заявил:
– Мой братец будет плохим королем. Как бы ему, как и вашим Бурбонам, голову на плахе не отрубили! А вот я был бы отличным монархом, ведь так?
Мадлен стала щебетать, уверяя дядю Кларенса, что он стал бы
Лениво потягивая коктейль, Анжела подумала о том, что не зря приняла для себя решение держаться подальше от подобной гламурной тусовки.
Как бы ей хотелось снова оказаться на платформе в океане и продолжить серию фотографий поднятых со дня предметов.
А вместо этого она была вынуждена точить лясы с уже изрядно набравшимся любимым сыном британской королевы, который откровенно завидовал старшему брату, наследнику короны, и жаловался на вечную нехватку денег, выделяемых ему правительством.
Не поэтому-то ли он предпочитал ошиваться у богатых заморских друзей на их частных островах у побережья Флориды?
Наконец-то вернулся Джерри Уайтсток и начальник экспедиции: с хорошими новостями. Пострадавшего передали врачам, его состояние было тяжелым, но стабильным, и жизни, кажется, уже ничего не угрожало.
– В честь чудесного спасения и чудесного спасителя мы организовываем сегодня праздничный ужин! – заявила Мадлен. – Пойду отдам распоряжения на кухню…
Анжела тихо спросила у начальника экспедиции, когда они вернутся обратно, а тот ответил, что они не могут отвергнуть предложение человека, который спас жизнь члена команды, и убраться восвояси, так и не отужинав.
Анжела считала, что
За ужином, который, надо признать, был выше всех похвал, она откровенно скучала, хотя хозяин дома был великолепным рассказчиком и балагуром. Пришлось и ей поведать парочку историй из своих путешествий – например, о змее, ставшей их спасительницей, в Африке.
Впрочем, умолчав, какие это имело последствия для ее отношений с Ванькой.
Дядя Кларенс, клевавший носом, вдруг оживился.
– Я вспомнил, где видел твою отличную попу, моя сладкая! У мамочки, в Виндзоре!
Анжела мило ему улыбнулась:
– И не только видели, ваше королевское высочество, но даже поглаживали ее против моего желания.
Джерри громко рассмеялся и велел подавать десерт.
После десерта и очередной порции славословий в адрес хозяина острова наконец-то засобирались.
Освежившись напоследок в туалетной комнате, Анжела, замерев перед зеркалом, в сердцах сказала по-русски:
– Чтобы вам было пусто, ваше королевское высочество!
И показала собственному отражению язык.
Так-то лучше.
Внезапно приоткрылась дверь напротив, и оттуда выглянула бледная девушка с заплаканными глазами.
– Помогите мне, – сказала она быстро и тоже по-русски. – Помогите мне, пожалуйста!
И, всхлипнув, закрыла дверь.
В этот момент в коридоре раздался грохот: это дядя Кларенс, упившись вдрызг, зацепился ногой о ковер и полетел на пол.
Понимая, что девушка, говорившая с ней в особняке американского мультимиллионера и его французской подруги по-русски и, более того, только что попросившая ее о
Дверь не поддавалась.
Постучав, она сказала по-русски:
– Вам нужна помощь? Вам плохо? Вызвать врача?
Тут к ней присоединилась звенящая золотыми браслетами Мадлен.
– О, вы говорите по-русски? – спросила она с сильным французским прононсом, но вполне удобоваримо.
– Я родилась и выросла в России. А вы тоже говорите?
Мадлен вскинула вверх руки, звеня браслетами.
– Моя специализация – Шагал и Малевич!
Анжела перешла на английский.
– Кажется, тут кому-то требуется помощь…
Мадлен, ловко оттесняя ее от двери, произнесла, сверкая темными глазами:
– С чего это вы взяли?
– Но…
Анжела запнулась. Говорить или нет?
