Они уже заканчивали, когда в дверь решительно постучали. Брат с сестрой замерли и уставились друг на друга. Гостей они не ждали. Гости к ним никогда не приходили.
– Отнеси тарелки в раковину и возьми себе йогурт, – велела Харпер и встала. – Я вернусь через минуту.
Выйдя в коридор, она сразу закрыла за собой дверь кухни. Потом открыла входную. На крыльце стояла женщина – ее лицо показалось Харпер знакомым, но как ее зовут, она не знала. На женщине было темно-красное стеганое пальто, в руках она держала осколки цветочного горшка терракотового цвета. Ей было за шестьдесят, на лице застыло несчастное выражение, на этот раз приправленное раздражением. Харпер с замиранием сердца посмотрела на горшок.
– Слушайте, – сказала гостья, прежде чем Харпер успела открыть рот, – я понимаю, что мальчик не хотел ничего плохого, но я уже второй раз ловлю его с поличным. Он ворует у меня в саду. А теперь еще и вандализм.
Она со значением приподняла осколки горшка.
– Ох, простите, – тихо проговорила Харпер. – Я не знала…
– Если бы он просто попросил, я сама дала бы ему черенки, – продолжала женщина, не слушая Харпер. – Или показала бы, как их делать. Но он же не говорит! Он просто лезет без спроса и создает неприятности. А сегодня я застала его с совком и ведром – представьте себе, сидит и загребает мой чертов компост!
Черная земля в стаканах из-под йогурта в ванной. Ей ведь даже в голову не пришло спросить, где Макс ее взял. Земля есть земля, ее везде навалом – так ведь? У тебя под ногами, у нее, у кого угодно. Хотя вообще-то – Харпер посмотрела на их темную улицу с асфальтом, кирпичом и бетоном, – это совсем не так.
– Извините нас, – еще раз повторила Харпер и машинально сжала дверную ручку. – Я заплачу за причиненный ущерб.
– Прости, милая. – Женщина прищурилась и наморщила лоб. – Я не хотела вот так на тебя набрасываться. Просто расстроилась. Это ведь не твоя ответственность, а твоего отца.
Женщина даже не упомянула их мать. В этом городке все всё знали. Но никто ничего не понимал.
– Его ведь нет дома? – догадалась женщина, глядя на темные окна.
– Он на работе, – быстро сказала Харпер.
Это вполне могло быть правдой. Пару недель назад Харпер слышала, что отец нашел подработку в промзоне.
– В общем, я подумала, что ты должна быть в курсе, – вздохнула соседка. – Я не хочу портить вам жизнь, но… Ладно, нам всем бывает нелегко.
– Мы вам все возместим. Скажите, что он взял, и я обещаю, что верну это. Честное слово.
Женщина устало улыбнулась, словно все ее силы ушли на то, чтобы добраться до них и произнести гневную речь.
– Это не обязательно. Но мне кажется, что мальчику нужна помощь.
Харпер похолодела от страха. Помощь. Еще одна деталь в мировом механизме, которая вышла из строя: это слово должно было дарить надежду, но на самом деле…
– С ним все в порядке, – твердо заявила она. – У него есть я.
Женщина снова посмотрела на темные окна первого этажа.
– Да, конечно, – кивнула она. – А кто есть у тебя, Харпер?
Страх мгновенно превратился в злость. Да что эта женщина о них знает? Любительница совать нос в чужие дела! Явилась сюда с этим идиотским горшком и пригоршней грязи! Сейчас еще начнет рассказывать, как ей бывает нелегко.
– Не хочу, чтобы жалкие зануды учили меня жить, – отрезала она. – Просто оставьте нас в покое, понятно? Я уже извинилась и сказала, что заплачу. И я не виновата, что у вас такая пустая жизнь, что вы задираете мальчишку просто ради того, чтобы отвлечься.
На лице соседки словно опустились жалюзи. Она поджала губы и отвернулась.
– Я хотела помочь, – сухо сказала она. – И поверь, не все тут отличаются таким терпением. А ворует он не только у меня.
Харпер подождала, пока она выйдет из их двора, и изо всех сил хлопнула дверью. Грохот эхом разнесся в ночи.
Тяжело дыша, она прижалась лбом к двери и закрыла глаза.
Никто из них ничего не сказал. Да и зачем?
– У тебя уроки на сегодня есть? – спросила она через минуту.
Макс кивнул.
– Тогда надо их сделать.
Он послушно ушел наверх и тихо закрыл свою дверь.
Было уже за полночь, когда вернулся пьяный в стельку отец. Харпер еще не спала – делала уроки. Она слышала, как он чем-то гремел внизу, но не обращала внимания, пока отец не начал подниматься по лестнице. Обычно он просто валился на диван в чем был и отключался. Но не сегодня. Харпер отложила ручку и прислушалась к приближающимся неуверенным шагам. На ногах отец держался с трудом. Зато был зол как черт – это она поняла в тот момент, когда он начал яростно стучать в дверь Макса. Харпер выскочила из комнаты. Она давно собиралась врезать замок в дверь брата, но так и не решила пока, чего больше – плюсов или минусов – в том, что Макс сможет запираться у себя.
– Прекрати, – потребовала Харпер. – Сейчас же.