– Вкусно. Только горячо.
И когда первая неловкость, маскируемая просьбами передать соль, перец и сетованиями на отсутствие сметаны, прошла, Еву озарило, что они все едят за одним столом, а значит, больше не смогут причинить друг другу вред. Так ведь было во всех этих рассказах про преломить хлеб со случайным путником, чтобы он не стал твоим врагом. Хлеба у них не было, но пельмени для этого тоже, скорее всего, годились.
Стоило тарелкам опустеть, а на их месте появиться разномастным чашкам с обжигающе горячим чаем и коробке шоколадных конфет, как все незаметно перешли к построению дальнейших планов. И вдруг оказалось, что за остаток каникул нужно сделать столько всего!
Для начала нужно было поскорее вернуться в школу, в которой, судя по словам Валериного папы и отсутствию пропущенных вызовов и панических СМС от мамы на Евином телефоне, их отъезд не вызвал ни у кого подозрений. Там считали, что они уехали домой, дома же были уверены, что они в школе. Еву немного удивляло спокойствие Валериного папы, но лезть с расспросами она постеснялась. Мало ли какие бывают отношения в семьях?
Корвин с помощью Глеба собирался добраться до жар-птицы и переправить ее в Тридевятое царство, потому что «ее место там». Подробных объяснений «дружелюбный» чародей, разумеется, не дал. Но для начала Глебу Семёновичу предстояло восстановить документы. С этим вопросом вызвался помочь Валерин отец, который все больше восхищал Еву своей готовностью безоговорочно поддерживать сына. Оформив документы, Жаров-старший планировал официально вернуться в РАВ, потому что без помощи изнутри у Корвина было мало шансов обойти технологичную защиту.
На вопрос Валеры, как Глеб собирается объяснять в РАВ свое многолетнее отсутствие, тот пожал плечами:
– Скажу правду: что прожил в Тридевятом царстве и дал клятву о нем не рассказывать.
– А так можно было? – искренне обалдел Валера, вероятно вспомнив, как они изворачивались, чтобы случайно не рассказать больше, чем было дозволено клятвой.
– Можно, ребенок, – рассмеялся Глеб и посмотрел на Женьку. – А еще я домой хочу. Очень-очень.
– Правда? – с затаенной надеждой спросил Женька. – Или же говоришь, потому что так типа надо?
– Нет, Жень. Правда хочу.
– Ев, а ты видела, какой шикарный вид из окна с той стороны? – воскликнула Лика и, схватив Еву за руку, потянула ее к выходу, явно желая оставить Жаровых наедине.
– А я папе обещал перезвонить и рассказать, что мы решили, – вскочил Валера.
– А я не буду придумывать глупые отговорки, – сказал чародей, вставая из-за стола, и все рассмеялись.
Когда Ева проходила мимо Женьки, тот на секунду поймал ее за руку и легонько сжал. Улыбнувшись, она пожала его пальцы в ответ.
Вид из окна открывался совсем обычный: двор с детской площадкой, хоккейная коробка и несколько спортивных тренажеров.
– Как вы думаете, у нас получится? – спросила Лика в пространство.
– Мы сделаем все, что сможем, – обхватил себя за плечи стоявший рядом с ними Корвин.
Без плаща он явно чувствовал себя неуютно. Лика слабо улыбнулась, глядя в окно.
А Ева вдруг подумала, что Кощей сказал ровно то, что собирался сказать. «Доверяй только своим». Потому что свои – это ведь не обязательно друзья. Ну какой друг им сварливый чародей, несколько часов назад вернувший себе человеческий облик? И отец Женьки им тоже не друг. Как и Валеркин чудо-папа. Но они все – свои. Потому что свои – это те, кто готов тебе помочь, когда все прочие отвернулись.
Руководитель редакционной группы
Ответственный редактор
Креативный директор
Арт-директор
Иллюстрация на обложке
Леттеринг
Иллюстрации форзацев и внутренние иллюстрации
Корректоры
ООО «Манн, Иванов и Фербер»
mann-ivanov-ferber.ru
