Ник подхватил меня и рывком поставил на ноги. Ноги слушались плохо, но держали.
Теперь я знал про Хворого все, ну, почти все. Но не понимал, как я могу ему помочь. Кто-то убедил Хворого, что он горит, оказался в центре пожара и выбраться не судьба. С установкой я мог бы справиться, переубедить Хворого минутное дело, только вот он уродился мастером иллюзий, пусть не таким хорошим, как Рома Пузырь, но все же. Он сам создал иллюзию огня и поверил в ее реальность. Я смогу избавить Юру от воображаемого пламени, но не смогу излечить от ожогов, которые он получил.
Подбрось да выбрось, и что гуманнее? Избавить Хворого от мучений или от иллюзий? Жизнь после того, как пожар закончится, покажется ему адом. С такими ожогами он обречен на дикую боль, пока мы не сможем подыскать ему прирожденного врача, способного излечить недуг.
Хотя стоп! У меня появилась отличная мысль. И я тут же приступил к ее осуществлению. Новый контакт, волна боли, но теперь я был к ней готов. Меня так просто не возьмешь. Я сумел подавить свои ощущения и настроился на Хворого. Небольшое внушение, легкая корректировка, и Хворый перестал видеть огонь вокруг себя. Только боль никуда не ушла, она осталась в ожогах, в сгоревшей коже, в прокопченном мясе на костях, в сгоревших волосах. Хворый теперь мало походил на человека, больше на зажаренную на вертеле крысу. Он завопил от боли, и я тут же погрузил его в долгий лечебный сон, в котором он не будет чувствовать боль, а тело начнет восстанавливаться. Чуть позже я вернусь к нему и попробую внушить, что пожар ему приснился, произошел не с ним. Ложь во спасение поможет вернуть Хворого к нормальной жизни.
Когда я закончил, пот катил с меня градом, тело наполнила слабость, а колени подгибались словно у Зеленого после получки. Красавчег подхватил меня и помог устоять на ногах.
– Расступитесь! – рявкнул шериф, и толпа раздалась в стороны.
– Джек, позаботься о Хвором и наведи на улице порядок, – попросил я.
После чего Красавчег отконвоировал меня к машине. Сам бы я не дошел. И мы отправились ко мне домой.
В дороге я раскладывал по полочкам информацию, которую получил от Хворого. Во время контакта все его мысли, чувства и сама жизнь оказались передо мной, словно я прочитал душу как книгу. Только вот беда – страницы книги разлеглись не по порядку, поэтому предстояло разобраться в хронологии событий. Возможно, тогда я смогу понять, кто расправился с Хворым настолько жестоко.
Но одно я знал точно.
– Хворый был знаком с Паровозом, – поделился я с Красавчегом знанием.
– Ты уверен? – нахмурился Ник, отчего сразу же стал прекрасен.
– Никаких сомнений. Они мутили какие-то совместные дела.
– И ты думаешь, гибель Паровоза как-то с пожаром связана? – спросил Красавчег.
– Подбрось да выбрось, – подтвердил я и откинулся в изнеможении на спинку кресла.
Дома мы выпили по стаканчику виски, и я отправился спать. После Хворого требовалось восстановить здоровье. Завтра оно мне пригодится… Как оказалось, интуиция меня не подвела.
Утром я ворвался в кабинет Красавчега, преисполненный энергией. Пора было поставить точку в запутанном деле, но Ник пригвоздил меня к полу новостью:
– У нас третья жертва.
– Подбрось да выбрось, час от часу не легче, – упал я в кресло. – Рассказывай, что и как.
– Погиб Марвин Глотка. Помнишь альтера, который всегда шептал тихонечко? Потому что если говорил в полный голос, стекла из окон вылетали и посуда разлеталась вдребезги. Его сегодня нашли захлебнувшимся в кресле, у себя в доме.
Красавчег высек искру из пальца и поджег сигару.
– То есть как захлебнулся? – не поверил я своим ушам.
– В легких полно воды, причем морской. Откуда она взялась в квартире, специалисты затрудняются ответить.
– Глотку уже связали с Паровозом и Хворым?
– Да, они были знакомы. Паровоз несколько раз нанимал Глотку как подсобного рабочего, Хворому Глотка несколько раз чинил сантехнику. Он подрабатывал, устраняя протечки, меняя унитазы.
– Любопытно, – только и смог я из себя выдавить.
– Есть еще кое-что, что тебе понравится. Пришли данные по похоронному бюро. Кажется, мы нашли пропавшую девушку, – Красавчег раскрыл папку с делом, что лежала у него на столе, и перелистнул несколько страниц. – В кабинете Паровоза на полу был подозрительный черный пепел, очень похожий на тот, что остался после Сереги. Исследования показали, что пепел имеет органическое происхождение. Сейчас Карма возится с ним, чтобы идентифицировать. Но у меня лично сомнений нет. Это наша Джози.
– А лаборатория? Что там? – спросил я.
– Чисто и стерильно, но шило в мешке не утаишь, особенно с нашими экспертами. Есть подозрение, что там производили кое-что запрещенное, на что есть большой спрос на Большой земле, – Ник подмигнул мне заговорщицки.
– Не понимаю смысла. У нас наркота под запретом. Да и не нужна она. Пойди к любому из мастеров иллюзий, и он сознание расширит покруче, чем любая химия.
