В обратную сторону Петька пошел медленнее и глядя по сторонам. Так идти оказалось намного увлекательнее. Куда бы он ни посмотрел, кругом кипела какая-то скрытая от чужого глаза жизнь. Из-за чего-то ругались сороки, вдоль обочины с шуршанием шагал еж, глубоко в кустах мелькнул кто-то и исчез. Покосившийся столб посерел от старости, и Петька вспомнил, что он был таким же серым уже много лет назад, когда в коровнике жили коровы. Загнутый окурок папиросы, лежащий на асфальте, выдавал сложный характер бросившего его курильщика. И даже пакет с мусором, валявшийся в канаве, был полон тайн: Петька стал прикидывать, а можно ли по содержимому пакета вычислить его владельца, а потом надеть ему этот мешок на голову? Так он почти дошел до дачного поселка, как вдруг заметил на тропинке, отходящей от дороги в лес, мальчика и девочку, склонившихся и разглядывавших что-то у своих ног. Петька их уже знал, хоть и не был знаком. Они были младше его и появились на дачах только этим летом. В этом Петька был абсолютно уверен, поскольку не заметить их было сложно: у обоих были розовые волосы. Петьке стало интересно, что они там разглядывают, и он решил подойти к ребятам поближе. Они заметили его, обернулись и стали смотреть на Петьку немигающими глазами.
– Привет! Я – Петька, – объявил он. – А вы кто?
– Саня, – ответили мальчик и девочка одновременно.
Петька остановился и стал переводить взгляд с одного на другую. Потом он не выдержал и спросил, толком и сам не до конца понимая, к кому конкретно обращается:
– А тебя?
– Саня, – также хором ответили мальчик и девочка.
– А! – догадался Петька. – Саня, Саня!
– Ага, – облегченно кивнули ребята, и глаза их наконец мигнули.
– А что это там у вас? – опять спросил Петька.
– Вот, – мальчик с девочкой показали себе под ноги: там ползла вдоль тропинки гигантская улитка.
С этими улитками Петька был знаком. Они появились несколько лет назад, и теперь их было пруд пруди. Сейчас-то на них никто и внимания не обращает, а раньше, конечно, была настоящая сенсация: шутка ли, улитка размером с кулак. Про все это успел Петька подумать, но сказал только одно слово:
– Улитка…
А потом, почесав макушку, добавил:
– Видимо, их никто не ест…
– А вы хотели бы их попробовать? – неожиданно спросил Саня-мальчик, и они вдвоем опять стали смотреть на Петьку немигающими глазами.
– Не уверен, – Петька на всякий случай еще раз посмотрел на улитку. – Думаете, стоит?
– Мы не знаем, мы вегетарианцы, – ответила Саня-девочка.
– Вегетарианцам нельзя есть улиток? – поинтересовался Петька.
На этот раз оба Сани посмотрели на улитку, после чего Саня-мальчик серьезно произнес:
– Наверное, нет.
– Понятно, – сказал Петька. А поскольку ему раньше не доводилось разговаривать с вегетарианцами с розовыми волосами, да еще и с двумя сразу, решил задать еще один вопрос: – А яичницу можно?
– Яичницу мы едим крайне редко, – подумав, ответил Саня-мальчик, и они снова одновременно мигнули.
– Я тоже, – вздохнув, произнес Петька. Он еще хотел спросить их про сосиски, но решил, что лучше не надо – еще обидятся. Кроме того, у него начинала плыть картинка от розовых волос и немигающих глаз Сань. Поэтому он посмотрел еще раз вслед исчезающей в зарослях улитке и сказал: – Пойду-ка я пообедаю.
По дороге домой Петька размышлял сразу о нескольких вещах. О том, можно ли играть в «съедобное-несъедобное» с вегетарианцами. О том, что если никто не будет есть улиток, они завоюют весь мир. О том, можно ли приучить улиток есть выкинутый мусор. И о загадочном срочном Костином деле, из-за которого Петьке пришлось полдня слоняться без дела.
Петька и Костя сидели на автобусной остановке рядом с деревенским магазином, пили байкал, болтали ногами и наблюдали, как черный пес, лежащий в теплой пыли у входа в магазин, выкусывал у себя на брюхе блох. День был хороший, настроение тоже, и было здорово, что можно просто так сидеть на деревянной скамейке и думать только об интересных и увлекательных вещах.
– Да-а… – глотнув газировки, произнес Костя.
– Тоочно… – согласился Петька и отхлебнул из своей бутылки. А потом они, не сговариваясь, громко чокнулись и сделали еще по глотку. От бутылочного звона пес подпрыгнул, посмотрел на ребят и, успокоившись, свалился обратно в пыль.
Наконец из-за поворота показался автобус. Он неспешно подкатил к остановке, немного завалился набок, основательно заскрипел и пыхнул жаром. С мягким скрежетанием открылись двери, и из них вышли старушка с корзинкой и женщина с детсадовским малышом. Малыш спрыгивал со ступенек, держась за мамину руку и отталкиваясь сразу двумя ногами. И при каждом прыжке он скандировал, стараясь перекричать ворчанье автобуса:
– Мама – мне нужен – ковер-самолет!
