То ли мягкий климат сыграл свою роль, то ли траймонгорцы не умели – или не хотели – делать плохо, но дорога, по которой Бабарского везли из Шикадури, оказалась ровной и не пыльной. Последнее обстоятельство позволило им ехать с открытыми окнами и не страдать от удушливой жары. Но была и ложка дёгтя: похитители разговорчивостью не отличались, на вопросы отвечали односложно, сказав, правда, что везут его в столицу Стремления Харо, и разговорить их Бабарскому удалось лишь через несколько часов, когда однообразная дорога заставила заскучать даже вымуштрованных солдат.
– Между Стремлениями есть границы?
Некоторое время фага молчали, а затем Военный обернулся и ухмыльнулся:
– А ты совсем не боишься, да? Не в первый раз похищают?
– Не в первый раз приходится вести сложные дела, – ответил ИХ.
– Ты так это называешь?
– А как ещё это называть?
– Пожалуй, да, это сложное дело, – после короткого размышления согласился Военный. И с одобрением добавил: – Ты силён, Круглый. А по виду не скажешь.
Бабарский пропустил похвалу мимо ушей и вернулся к интересующему его вопросу:
– Между Стремлениями есть границы?
– Да, – рассмеялся Военный. – Но ты не волнуйся, документы для тебя готовы, комар носа не подточит, ты – уроженец Харо, который с друзьями возвращается домой.
– А если я начну кричать, что меня похитили?
– Ты не будешь кричать.
– Потому что иначе вы меня убьёте?
– Ты знаешь, что мы тебя пальцем не тронем… – На этих словах суперкарго важно кивнул. Но следующие фразы заставили его приуныть: – Перед границей мы вколем тебе «веселушку» и обольём вином. От нас от всех будет слегка пахнуть, кроме водителя, разумеется, и мы объясним это тем, что праздновали удачную сделку и перебрали.
– И поверят?
– Добавим пару монет – поверят.
– Я бы тоже так поступил, – буркнул ИХ.
– Разумеется, тебе ведь приходилось вести сложные дела. – Военный вновь улыбнулся и отвернулся.
Никогда ещё Бабарский не относился к спорки с таким отвращением.
По мнению Занди, Чикальский мост оказался заурядным: не вантовым, без красиво украшенных арок на въезде и тем более – без скульптур, он представлял собой простую переправу, переброшенную через не очень широкую реку, и был не сильно загружен – по нему лишь изредка проезжали фургоны и грузовики местных фермеров. Катер наёмники оставили под ним, а сойдя на песчаный берег, сразу же направились к дороге. Незадолго до этого они переоделись в голубую форму серифов Стремления Уло и, поднявшись к мосту, быстро установили на дорожном полотне лёгкие красные заборчики.
– Граница совсем рядом, поэтому никто не удивится передвижному посту, – объяснил Боцман. И хмыкнул: – Надо же как-то бороться с контрабандой.
Шестеро наёмников остались у въезда, а двое перешли на другую сторону – на тот случай, если фага удастся прорваться.
– Вы всё предусмотрели, – оценил Занди.
– Я ведь сказал, что мы постараемся. – Главарь помолчал. – Ты, парень, спрячься, на глаза не показывайся, вдруг у них есть твоё описание? Возвращайся под мост и жди, мы сами всё сделаем.
Предложение прозвучало разумно, тем более что форму для юноши наёмники не взяли, однако Занди предложил другой вариант своего участия, а точнее – соучастия:
– Я лучше укроюсь за кустами. И… Дайте мне оружие. Пожалуйста.
– Зачем? – удивился Боцман.
– Пусть у вас будет ещё один человек. Семеро лучше, чем шестеро.
В ответ наёмник покачал головой:
– А ты сможешь им воспользоваться? – И тут же необычно мягким для себя тоном объяснил: – Я спрашиваю, не чтобы над тобой посмеяться, а по той причине, что если мы дадим тебе оружие, то будем считать одним из нас и рассчитывать на тебя. И я не хочу, чтобы ты нас подвёл.
Занди замолчал и молчал довольно долго.
Сможет ли? Кто он? Простой парнишка с улиц Абергульфа. Он слышал о жестоком насилии, видел его последствия, но никогда не принимал в нём участия. Сможет ли он выстрелить в человека? А так хладнокровно, как лысый здоровяк на яхте, перебивший кучу боевиков? Сможет ли, оказавшись в центре перестрелки, оставаться таким же спокойным, как ИХ, который даже в лице не изменился, наблюдая за действиями друзей?
Друзей!
Нужное слово было найдено и помогло юноше понять, что в жизни бывают случаи, когда ни ум, ни пронырливость ничего не значат – только сила. Друзья… Друг ждёт помощи, и нужно уметь её оказать – любую, даже связанную с насилием. Нужно уметь ответить ударом на удар. Нужно научиться быть сильным.
– Я не подведу, – твёрдо сказал Занди. – В машине мой отец.
– Впереди серифы, – доложил водитель, чуть сбрасывая скорость.
– Вижу, – мрачно ответил Военный. – Но что они здесь делают?
До сих пор путешествие проходило гладко, и неожиданно появившийся пост заставил его насторожиться. Впрочем, насторожились все фага, а насторожившись – потянулись за оружием. Демонстрировать его, конечно, не собирались, но разложили так, чтобы до пистолетов и дробовиков можно было дотянуться без труда.
– Видимо, ловят кого-то, – предположил водитель.
