— Ну… Его выбрали жертвой на ритуале Единения. Это было лет семьдесят назад. Только он ухитрился сбежать из Арены, прикончив при этом кучу жрецов, демона и палача. Маги не сумели его отыскать быстро, и он выбрался с Наксуса. А дальше сумел связаться со светлыми и, зная тайны Верхнего Мира, начал свой «молниеносный прогресс», или как-то так это называл. Поначалу на паре островов создал мануфактуры с безобидными на вид машинами. Наши наместники это дело прошляпили — не увидели ничего угрожающего. Первые годы так и было — острова богатели, наместники не успевали радоваться потоку золота. Машины начали делать на других вассальных островах, а потом… В общем, это все знают — потом Энжер дал светлым оружие, которое делали его машины. И начался великий бунт. На семнадцати больших островах чуть ли не в один день поубивали всех наших. Они объявили себя свободными от власти Темной Империи и подписали между собой договор. Так возникла Коалиция Светлых Сил. На своих землях они запретили наш культ и родственные культы, вернув запрещенный культ света. Само собой, наш тогдашний император послал войска. Солдаты, вооруженные мечами и копьями на своих деревянных кораблях, — против мушкетов, пушек и первых броненосцев. Оружие Энжера тогда было попроще — вроде нашего нынешнего. Но его хватило — один за другим острова переходили к Коалиции. С годами его оружие улучшалось, появились броневики, а затем и танки. Они захватили все острова, и дошла очередь до Наксуса — самой большой суши Срединного Мира. И вот теперь мы сидим на севере, в лагере крошечной армии под командованием штатского коротышки, и слушаем мою сказочку. Послушали? Теперь твоя очередь — рассказывай… мальчик…
— Его зовут не Энжер.
— Не понял…
— Эмиль Сольве — вот так его зовут. Энжер — это название его профессии. Исковерканное название — на самом деле произносить надо «инженер». Так говорят в его мире.
— Никогда не слышал про такую профессию. И чем это он занимался?
— Эмиль Сольве строил дороги и мосты.
— Э! Так он просто строитель. Ну, или мастер-строитель. Дорожный мастер, или мастер по мостам.
— Нет. У нас, наверное, не существует аналогов его профессии. Я говорю про империю — на архипелагах светлых что-то подобное уже есть. В верхнем мире первородной силы, порожденной хаосом, почти нет — людям там издавна приходилось рассчитывать только на силу своих рук. И вся их история шла по пути увеличения этой силы. Они изучали секреты материальной природы, развивая науки, а знания использовали в самых разных областях. Ххот, они без всякой магии научились строить храмы из каменных блоков размером с эту комнату.
— Думаю, грыжа — у них самая любимая болезнь…
— Людям, которые знали тайны природы и использовали эти познания в практических делах, приходилось вникать во многое. Слишком разные задачи иногда надо было решать. Эмиль Сольве несколько лет обучался своему делу у мудрецов, собранных под крышей огромного дома. В их мире нет единого наречия — если у нас можно кое-как понять человека с другого конца земли, то у них все не так. Чтобы понимать лучших мудрецов, ему пришлось познать языки других стран. А до того, как Инженер окончательно определился с выбором профессии, он ознакомился и с другими ремеслами. Пусть неглубоко, но имел о них некоторое представление. Его мудрость оценили, и хозяин со странным именем Компания — на него он работал — послал его в страну, называемую Конго. Ему пришлось работать в опасной земле с дурным климатом: болота, непроходимые влажные леса, реки с топкими берегами, хищники и ядовитые насекомые, дикие и жестокие туземцы. Но Верхний Мир — странное место, — при всех недостатках этой земли она была великая, раз люди, подобные Эмилю Сольве, работали там будто рабы. До сих пор не пойму такой странности — у нас таких людей ценят гораздо выше. И не пойму, откуда в великом Конго нашелся такой неприглядный уголок. Эмилю через все это надо было провести дорогу для поездов — железную дорогу. Но занимался он не только этим. Инженер писал книгу о своей работе и о Конго. Для этого ему надо было знать побольше о стране, и он часто путешествовал, отлучаясь на день-два для изучения новых мест, для охоты, просто из любопытства. Там, где на пути дороги срывали холмы, он изучал обнажающиеся камни, отыскивая для хозяина месторождения руд и драгоценных камней. Эмиль Сольве умел многое — не зря учился у мудрецов.
— Про Конго я тоже не понял: неужто самого Энжера там дороги заставляли делать?
— Получается, что так.
— Мне захотелось на Конго взглянуть — чудная страна с дикими туземцами и великими людьми на побегушках. Что-то мне подсказывает — там запросто можно карманы золотишком набить: уж больно много странностей в одном месте.
— Ххот, Энжер рассказал тогда многое, но далеко не все — времени у него было не так уж много. Так что про Конго, возможно, не все правда — многое могли не так понять.
