Сумасшествие! Она говорит, что я принц! Я вовсе не охранник, а был рожден, чтобы быть лишенным всего. Одна благая цель - спасти мой народ, который моим никогда не был. Как это возможно? Я не хочу этого! Может просто не ехать? Оставить все, как есть? Что мне какой-то народ где-то там? Сам понимаю, что это малодушно - думать так. Но если я поеду, это значит, что все, о чем я мечтал, станет еще менее доступным, чем казалось раньше. Выхода нет! Не ехать - совесть не позволит мне жить спокойно. Искать эту Долину - и все планы канут в лету. Мне кажется, она даже не поняла, как я расстроен. Удивительно, но что-то в ней поменялось. Теперь уже она рвется туда. Она стала другой. Сейчас Эмилия гораздо больше похожа на провидицу, которую описывал дед, рассказывая мне о ней.
Теперь мне все стало понятно, стали ясны его опасения и страхи. Мне было жаль Алексея. Человек жил своей молодой жизнью, знал, что у него есть предназначение - привести провидицу и принца в Долину Инферин. И тут мир его полностью перевернулся. Отныне он должен забыть про себя и думать о других людях. Думать о своем народе. Я понимала, как это тяготило его. Пешехонов оказался вовсе не таким, как я воспринимала его раньше. Он предоставил мне вход в сокровищницу своих мыслей, и стоило быть благодарной за это. У этого человека оказались высокие жизненные цели и желания. И сам он вовсе не такой, каким пытается казаться в обществе - балагур без каких-либо обязательств и особых притязаний. Я не стала читать дневник дальше, зная, что именно это он хотел сказать мне. Он словно просил сочувствия, предлагая прочесть это. Я встала со своего места и подошла к нему. Протянула тетрадь. Он взял ее и посмотрел на меня. В его глазах я видела немой вопрос.
- Все будет, хорошо, Алексей. Мы справимся, - шепнула я и мягко прижалась к нему. - Я с тобой!
Вадим даже привстал, увидев мою нежность по отношению к другому. Я сделала вид, что не заметила его смятения. Подошла к нему, взяла за руку и повела к столу, жалуясь на волшебные ароматы с кухни, сводившие желудок. Такавири тотчас приказал помощникам накрыть ужин. Мы расселись за широкие столы и принялись поглощать вкусное рагу из овощей и мяса, приготовленных на костре. А потом еще долго не расходились по домикам, рассказывая друг другу истории. Ночевка посреди дикой природы придавала нашему путешествию особую романтику, с головой погружая в африканскую действительность. Мы сетовали на то, что будет непросто уснуть под удручающий вой гиен, но Том с улыбкой заверил, что завтра нас ждет еще более впечатляющий будильник в виде утреннего рыка льва сразу где-то за оградой лоджа.
Эпизод пятнадцатый
В ловушке
Разбудил нас не лев, а Такавири, и разбудил очень рано. Еще даже не начало светать, на улице было свежо. Сонно щурясь и зевая, мы побросали вещи в машины и отправились в путь. Водители, привычные к подобным переездам, были бодры, а Том даже пытался развлечь рассказом, но вскоре убедился, что сон нас интересует гораздо сильнее историй. Он разрешил вздремнуть, и мы с удовольствием откинулись на спинки сидений. Я открыла глаза, когда уже совсем рассвело. Вадим еще спал, наклонившись в мою сторону. Том тихо переговаривался с Алексеем, который сегодня изволил ехать с нами.
Мужчины обсуждали тему браконьерства. Гид рассказывал, что в последнее время в несколько раз участились случаи нападения на животных. Слонов убивали ради бивней, а кошачьих ради шкур, которые высоко ценились на черном рынке. Томми утверждал, что это настоящее бедствие, с которым невероятно трудно бороться.
- Смотрите! - воскликнул вдруг он.
Справа мы увидели стадо антилоп, которые щипали траву, то и дело высоко задирая головы, поводя ушами и настороженно оглядываясь по сторонам. Казалось, чуть раздастся малейший шорох, и они тут же сорвутся с места, бросившись в галоп. Но нельзя было забывать, что мы находились в дикой стихии, где царят лишь охотничьи инстинкты. Стоило одной антилопе ослабить бдительность, как из ниоткуда выскочила молодая львица, повалив брыкающуюся жертву и вгрызаясь ей в шею. Стадо тут же бросилось вскачь, обнаружив еще несколько сливающихся с выгоревшими кустами львов, которые только учились охотиться. Те бросились вдогонку, но без особого успеха. Вернувшись к более удачливой товарке, они попытались посягнуть на ее добычу, за что тут же были отпугнуты возмущенным ревом.
- Какой ужас! - произнесла я, не в силах смотреть на душераздирающую сцену. - А вы еще хотели стрелять в невинных животных!
- Ты знаешь, я тоже не могу смотреть, как охотятся львы, - поддержал меня Томми. - Я вегетарианец, и мне вдвойне это неприятно.
- Но ведь в саванне каждый день идет охота, и происходят убийства, - возразил Вадим. - Как же ты тогда работаешь тут гидом?
- Я прекрасно понимаю, где нахожусь. И знаю, что если львы не найдут пищу, то сами погибнут. Но я просто не люблю видеть подобное. До смешного, даже считаю это дурным знаком.
