Наши друзья уже были тут, и я радостно кинулась к ним. Они тоже приняли ванну, и выглядели хорошо – все, кроме Вадима. Мне стало тревожно. Надежнецкий был бледным, под глазами образовались темные круги. Он то и дело надрывно кашлял, уже не пытаясь сдерживаться. Я подошла и нежно прижалась к нему. Верманд отвлекся, усаживая за стол Катрину и Томми. Вадим воспользовался этим мгновением, чтобы прошептать:
– Кажется, мы попали в логово к местному Робин-Гуду.
– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.
– Он вовсе никакой не местный правитель, а обычный вор.
– Ты придумываешь! – покачала я головой.
– Смотрю, ты уже с ним подружилась, раз защищаешь его? – хмыкнул он. – Приятно, наверно, когда главарь местной шайки уделяет тебе внимание?
Я никак не успела отреагировать на эти едкие слова, потому что Верманд уже повернулся к нам. Пришлось наигранно улыбнуться ему. Меня расстроило то, что Вадим снова начал ревновать. Что же он за человек такой! Его приглашают на ужин, а он, насупившись, стоит как истукан.
Верманд указал на наши места, по обе стороны от себя. Сам он сел во главе стола. Жених, наконец, соизволил воспользоваться гостеприимством хозяина и плюхнулся на лавку. Я, вежливо улыбаясь и кивая, когда нужно, для поддержания разговора, лихорадочно размышляла над словами Надежнецкого. Чем нам грозит то, что мы оказались во власти местного разбойника? Не захочет ли он занять законное место настоящего принца? "Это все, что нам удалось достать", – обмолвился Верманд. Вот, что означали его слова! Все, что им удалось украсть! Значит, на нас с Катриной сейчас похищенные у кого-то платья, а едим мы ворованную еду.
Темнота быстро проникла в наш шатер, и на стол поставили масляные лампы, которые давали тусклый свет. Женщины подали всем похлебку с мясом, налили местного вина и скрылись. Верманд встал и поднял бокал.
– Предлагаю выпить за наших новых друзей! Добро пожаловать в Долину Инферин! Надеюсь, уже скоро для нее настанут благоприятные времена!
Присутствующие с радостным гиканьем начали чокаться кубками. Я послушно хлебнула и тут же чуть не выплюнула жидкость обратно. Украдкой взглянув на Алексея, я поняла, что ему напиток тоже амброзией не показался. Тем не менее, местные с воодушевлением пили до дна, даже ни разу не поморщившись. Мне вдруг вспомнилось кислое вино на балконе в доме Пешехонова и то, что случилось потом… сейчас казалось, что это было совсем в другой жизни.
– Эх, хороша настойка, – довольно сказал Верманд и сел.
– Из чего она? – невинно уточнил Алексей.
– Из баненосов, – с удовольствием пояснил главарь.
– Не понял?
– Баненосы, – Верманд указал на фрукты, лежащие на столе, и мы увидели там бананы, – благословенен будь тот человек, который в свое время придумал эту вещь, мягко дурманящую рассудок!
– Это точно! – рыкнул Рокстен со своего места. – Если б мы знали, кто это, на руках бы его носили. Чудный напиток всегда помогает справиться… с тяжелыми жизненными ситуациями.
Мы рассмеялись.
– Нужно повторить! Попробуйте еще грейповое вино! – Верманд махнул рукой, и женщины, наблюдавшие за нами с кухни, тут же кинулись всем подливать. Мы с друзьями с тоской переглянулись. Все же мы были избалованы деликатесами московской жизни, и местные напитки воспринимались нами неохотно. Только сейчас я заметила, что нас рассадили отдельно друг от друга, разделяя парами людей или же столом. Видимо, нам все же не так доверяли, как это выражалось на словах.
Впрочем, еда, которая тоже не выделялась особыми изысками, мне понравилась. По вкусу она не отличалась от обычной столовской, не хватало только компота. Когда все утолили первый голод, главарь решил приступить к расспросам.
– Вы спустились в наш мир с горы, – неяркий свет ламп скрадывал черты лица Верманда, делая его загадочным. – Значит, должны были идти через туманы. Расскажите, как вы смогли пройти сквозь них? Ведь любой, кто осмелится на это, лишается жизни.
– Нас провела она, – ответил за всех Алексей, не желая вдаваться в подробности. – Бывшая Видящая умерла, и теперь Эмилия на время возложила на себя ее обязанности.
– Я слышал о Видящей, – кивнул Верманд. – Она помогла очень многим людям, лечила их от разных болезней. О ней говорили как о хорошей знахарке. Значит, у тебя тоже есть сила исцеления? Почему же ты не вылечишь своего друга? – он кивнул на Вадима.
Как назло, тот снова закашлял.
– Дело в том, что я пока не до конца разобралась с ней, – говорить это было неловко. Совесть и так разрывала меня изнутри от того, что я никак не могу помочь Надежнецкому.
– Всему свое время, – поддержал меня главарь, а я вздохнула. Вадим успокоился, отдышался и, забыв о приличиях, уронил голову на руки. Верманд дал знак, и в шатер вошла одна из женщин. Она увела Надежнецкого.
– Она даст ему грудной отвар, – пояснил нам Верманд, – мы и сами так лечимся. Ему должно стать легче.
Я с благодарностью взглянула на него. Вор он или не вор, мне все больше начинал нравиться это человек.
– Так выходит, за туманами все же есть люди? – Илза села с краю стола, слегка потеснив меня, и с интересом прислушивалась к разговору.
