– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спросила я, как только мы сели.
Вадим посмотрел на меня с таким невинным лицом, что я, наконец, догадалась.
– Никакой деловой встречи и в помине нет?
– Ну почему же, – возразил Вадим. – Есть. Вполне возможно, что даже кое-какой контракт с тобой обсудим.
Я вопросительно подняла одну бровь. Но он даже и не думал объясняться и перевел тему. Обсудили меню. Сделали заказ. Он, видя, что я не могу расслабиться, решил приободрить меня.
– Эмилия, не волнуйся ты так. Разве я не могу пригласить свою девушку в хороший ресторан? Успокойся. Осмотрись. Отсюда открывается красивый вид на столицу. Все для тебя!
Я постаралась воспользоваться его советом и наслаждаться хорошей кухней. Мы обсудили рабочие вопросы, дела компании, московские пробки и мою съемную квартиру. При упоминании о последней Вадим достал из кармана пиджака свернутый в четыре раза лист и протянул его мне. Я заинтересовано развернула бумагу, и увидела слова: "Свидетельство о праве собственности". Я непонимающе посмотрела на Вадима.
– Что это? – спросила я.
– Я купил дом! – гордо ответил он.
– А! Так вот, что мы сегодня празднуем! – искренне обрадовалась я. Потому как другие поводы, которые лезли в голову, вызывали у меня неподдельный страх.
– Не совсем, – замялся Вадим. – Тут такое дело… понимаешь… моему дому нужна хозяйка.
– Не понимаю… – помедлила я, предпочитая дослушать его до конца.
– Эмилия, – Надежнецкий покраснел. Достал из кармана красивую коробочку, протянул ее мне и продолжил: – Выходи за меня?
Мне кажется, реакции женщин в таких случаях делятся на три типа. Первый – когда в паре давно уже все оговорено, и фраза эта произносится только для того, что "вроде бы надо это сказать". Во втором случае женщина любит своего мужчину, давно уже ждет от него предложения, и когда это наконец-то происходит, счастливица кричит: "Да, да, да!" Но есть и третий вариант – без сомнения, мой. Это тот эксклюзивный случай, когда женщина вообще не думает о замужестве. Вроде бы все идет своим чередом. Все и так хорошо. И тут н
Я сидела и молчала, как в оцепенении.
– Я ожидал, что ты так отреагируешь, – сказал Вадим, вкладывая коробочку с кольцом мне в руку, – и не прошу у тебя сейчас ответа. Знаю, что ты не собиралась замуж в ближайшие двадцать лет. Но ты должна понимать. Я не хочу больше ревновать тебя и не хочу больше ни с кем делить. Хочу осознавать, что ты принадлежишь только мне.
– Эгоистично звучит, тебе не кажется? – наконец, раскрыла я рот.
– Зато я смогу дать тебе все, чего ты хочешь.
– Слушай, Вадь. Ведь мы можем подождать с такими решениями? С женитьбой и так далее. Хочешь, будем жить вместе? Я же не против. Но все это… свадьба и все такое. Я к этому не готова.
– В общем-то, дело обстоит по-другому, Эмилия, – Вадим поправил галстук, откашлялся и сказал, глядя мне прямо в глаза: – Я принял решение. Либо свадьба, либо мы расстаемся. Соответственно, тогда и о работе можешь тоже забыть.
Я вскочила на ноги, бросила коробочку с кольцом на стол и направилась к выходу. Гнев переполнял меня. И надо же было испортить такой шикарный вечер! Вадим настиг меня уже у выхода из ресторана. Он схватил мою руку и прижал к стене. Здесь не было людей, и я испугалась.
– Не делай того, о чем будешь потом жалеть, – Надежнецкий снова вложил мне в руку коробочку и продолжил, – я же не тороплю тебя. Не говорю, прими решение сейчас. Я отвезу тебя сегодня в новый дом. Оставлю на несколько дней. Там река рядом, воздух свежий. Это даст тебе силы и ума принять правильное решение.
– Ты что, меня в ссылку решил сослать? – злилась я, но коробочку на этот раз попридержала.
– Нет, я предоставляю тебе оплачиваемый отпуск, – возразил он.
– Ну, хорошо, – согласилась я, – может, мне и правда стоит подумать.
– Вот и умница, – улыбнулся Вадим и пошел обратно, чтобы расплатиться по счету.
