– Нет! – испугалась я и умоляюще посмотрела на Третьего, который сегодня уже спас нас один раз. – Прошу вас! Только не с него! Он болен! Он не вынесет этого!
– Что до меня, то хороший принц – это принц, который живет недолго, – ответил Главный и прикрикнул на конвоиров: – В темницу ее! Сейчас же!
Я попыталась сопротивляться, но куда мне было до двух рослых мужчин.
– Пожалуйста, я прошу вас, пожалуйста, не трогайте Вадика! – со слезами на глазах умоляла я Совет, пока меня выталкивали к тоннелю, ведущему в темницу. Никто, кроме Третьего, не удосужился и взглянуть в мою сторону. Тот был единственным, кто сопереживал мне, но поделать ничего не мог. Он итак сегодня не раз вызывал раздражение Главного, пытаясь опровергнуть его решения.
Когда я снова отказалась в подвале Главного Дома, все, кроме Вадима, бросились было ко мне, но охранник снова велел им сесть и закинуть руки за голову. Меня втолкнули за решетку, и когда лучник направил на меня свое оружие, Вадима попросили выйти наружу. Тот даже головы поднять не смог. Его колотило от холода. Я подбежала к нему и обняла, не позволяя стражникам забрать его. Мои друзья сидели по углам и вопросительно переглядывались, не понимая, что происходит. Но когда двое зашли в камеру и стали поднимать Вадима под руки, отпихивая меня от него, ни Верманд, ни Лёша не стали больше ждать. Они вскочили на ноги и кинулись на стражников. И тогда лучник выпустил стрелу. Она полетела прямо в Алексея.
– Нет! – вскрикнула я и протянула руку. Мне было понятно – она слишком быстрая и находится далеко, но я мысленно потянулась к ней, чтобы столкнуть с траектории, направленной на Пешехонова. Для меня все это было, как в замедленной съемке. И вдруг из моей ладони вырвался столп холодного голубого света и ударил прямо по стреле. Она отлетела в сторону, и все замерли. Я остолбенела. Это было первое яркое проявление моей силы. Пока мы замешкались, удивленные случившимся, лучник натянул еще одну стрелу и наставил в нашу сторону. Стражи, недолго думая, схватили Вадима за руки и быстро вытащили из темницы, поскорее притворив за собой дверь.
– Вадим, Вадим, Вадим, – повторяла я, протягивая к нему руки через решетку. Он практически висел на руках своих тюремщиков. – Прошу вас, дайте мне вылечить его! Дайте сперва вылечить!
Но они уже не слушали, поспешно удаляясь наверх. Я упала на колени, содрогаясь от рыданий.
– Эмилия, милая, мне так жаль, – Катрина подошла ко мне и обняла. Но я не могла остановиться. Кажется, теперь я поняла, как нужно пользоваться силой. Если бы мне дали еще хоть немного времени, все получилось бы. Но теперь… неизвестно, что с ним там сделают.
Томми тоже присел рядом со мной, утешая. Я прислонилась к его плечу и горько плакала, а он неловко обнял меня и уговаривал, поглаживая по спине:
– Успокойся. Еще не все потеряно. Может, его вернут также быстро, как и тебя, и тогда еще будет время вылечить его.
Алексей и Верманд тоже подошли ближе.
– Эмилия, ты спасла меня от шальной стрелы, – не мог поверить Пешехонов. -Твоя сила действительно работает! Ты научилась пользоваться ею?
– Что толку? Если Вадим теперь у них? Они сказали, что будут пытать его, если он не скажет, кто принц. А ведь он никогда не признается.
– Смерть одного бойца еще не значит, что битва проиграна, – высказался Верманд, но увидел мой уничтожающий взгляд и замолчал.
Мы услышали тихие шаги на лестнице. Надеясь, что это кто-то из охраны, я подскочила к двери, готовая снова умолять о возвращении Вадима. Но в комнату вошел не страж, и не кто-то из Совета. Это была Илза, она крадучись спустилась и, оглянувшись назад, все же осмелилась подойти к стропилам. Верманд даже опешил, когда ее увидел.
– Как, после всего, что сделала, ты смогла прийти сюда?! – возмутился он. – Я верил тебе, а ты предала нас!
– Я не специально, – заплакала Илза, – они обещали не причинять никому вреда! Мне так хотелось в другой мир, а ты был так против! Я не знала, что мне делать!
– Можно было делать что угодно, но не предавать своих друзей! Уходи отсюда, глупая женщина! Не хочу тебя больше видеть! – отчеканил Верманд, повернувшись к девушке спиной. Мы тоже не особенно желали с ней разговаривать. Но она, припав к решетке, взмолилась:
– Пожалуйста, не сердитесь! Все это нам даже на руку! Баладилен и Рокстен живы! Они собираются поднять восстание! Люди, как только услышали, что ты и истинный принц томитесь в темнице у Совета Пятерых, сразу же решились на ответный шаг!
Верманда заинтересовали ее слова. Он снова повернулся к Илзе лицом и протянул к ней руки сквозь прутья клетки.
– Можно ли верить тебе? Или это очередная подстава от Совета? Как тебе удалось пробраться к нам?
– Кое-кто из охраны уже на нашей стороне, – ответила Илза, радуясь, что возлюбленный верит ей.– Я заслужу твое прощение! Сейчас я должна идти, но скоро вернусь! Вам недолго осталось сидеть тут!
– Илза, – решилась попросить я, – передай тем, кто на нашей стороне, что Видящая зовет Третьего из Пятерых. Пусть они доложат ему. Он придет, я знаю.
