После этого, Елена с Анной больше ездили по полям колонии, на север от форта, где полосы пшеницы и ржи тянулись на несколько верст вдоль берега моря, между морем и горами. Им очень нравилось кататься по этим полям и наблюдать работу поселенцев. Несколько раз они даже встречали небольшие группы бывших сибирских каторжан, которые пользовались относительной свободой в колонии Росс, кроме того, что они обязались работать на полях определенное число часов в день, под наблюдением компанейских надсмотрщиков. Это были те люди, которых компания выписала из Сибири, с каторги, для пополнения недостающих рабочих рук во владениях компании в Русской Америке. Им в Сибири, на каторге, было сделано предложение взамен работы в сибирских рудниках, поехать в Америку и отрабатывать свой срок наказания на полях Калифорнии или на рыбных промыслах Аляски. Конечно, желающих поехать на Аляску и особенно в благодатную Калифорнию нашлось много, но сибирская администрация вместе с агентами Российско-Американской компании отбирали только тех, кто когда-либо работал на полях и хорошо знал земледелие.
Эти люди держались в колонии Росс отдельно от промышленных. Хотя днем за ними большого присмотра не было, но ночью они запирались все вместе в отдельную большую казарму, на окраине селения Росс.
Несколько раз Ротчев предупреждал Елену быть осторожнее и избегать встреч с группами этих людей.
— Пожалуйста, Леночка, держись от них подальше. Конечно, я не ожидаю от них никаких неприятностей. В случае чего, мы здесь знаем, как с ними справляться, но береженного и Бог бережет! Не надо забывать, что эти люди попали в Сибирь за большие, страшные преступления. Большинство из них убийцы, грабители. Мы, конечно, пытаемся перевоспитать их, научить их честному труду, хорошей жизни, но опять повторяю, будь осторожна. Не забудь, что мы живем на самой дальней окраине цивилизации. Дальше нас, внутрь страны — дичь, дикие места и дикие люди. Нам нужно не только бороться с этими дикими людьми и стараться приобщить их к европейской цивилизации, но также смотреть и за тем, чтобы и наши люди, культуртрегеры, не одичали. Конечно, главная опасность в том, что этим людям, если они захотят, ничего не стоит совершить преступление и затем скрыться туда, за эти горы, бежать к индейцам. Правда, у нас есть соглашения с несколькими племенами индейцев, с которыми мы в дружественных отношениях… Они обещали ловить наших беглецов и выдавать их нам обратно. То же самое обещали нам испанцы в Монтерее и Сан Франциско. Конечно, может случиться, что кто-нибудь из беглецов убежит и ему посчастливится попасть в племя индейцев, враждебно настроенных ко всем белым. Как эти индейцы отнесутся к беглецам никто не знает. Более вероятно, что они их замучают на смерть. Все наши люди знают это и у нас почти не было случаев побегов, за исключением очень редких случаев, да и то, много лет тому назад.
— Не слишком ли ты осторожен? — мягко заметила Елена, — мне кажется просто невозможным думать о каких-то неприятностях здесь. Твой авторитет, как правителя форта, стоит так высоко, что нужно совершенно лишиться ума, чтобы даже попробовать ослушаться твоих приказаний. Я, однако, не вижу никакой опасности в том, что мы ездим верхом на территории форта. Во всяком случае, если произойдет что-нибудь, мы с Анной за себя постоим. Ты, уж, не беспокойся, пожалуйста, мой дорогой. А главное помни, что мы вовсе не собираемся безрассудно рисковать.
— Ну, спасибо, солнышко. Ты, у меня, молодец, и я уверен, что ты не будешь делать глупостей.
Ротчев улыбнулся и нежно потрепал ее руку.
— Если хочешь, я тебе расскажу, что случилось здесь около пятнадцати лет тому назад. Один из наших людей, Прохор Егоров, скрылся из Форта Росс, в 1825 году. Ему удалось, пробраться в лагерь враждебных индейцев, которые в то время очень тревожили испанские католические миссии, на юг от Сан Франциско. Индейцы, видимо, были доведены испанцами до пределов их терпения и восстали против насильников. Время было тревожное и наши люди даже заметили отдельные группы незнакомых индейцев в окрестностях нашего Форта Росс. Все меры были приняты, чтобы отразить возможное нападение на наш форт.
— Ну и что? Были столкновения с индейцами? — заинтересовалась Елена.
— Нет, слава Богу, наш форт избежал атак. Вообще, у нас здесь всегда были хорошие отношения с окрестными индейцами и за все время существования форта, у нас не было ни одной стычки с индейцами. Наоборот, они часто приезжают сюда и до сих пор обмениваются с нами своими продуктами и товарами… Но, вернемся к Егорову. Каким-то образом он вошел в доверие к особенно воинственному племени индейцев, стал заведывать их военными операциями и когда вспыхнуло восстание против испанцев, то военный совет индейцев поставил его во главе всех их военных действий.
