Несмотря на радикальные взгляды, антифедераты получали поддержку благодаря обоснованным претензиям. Например, они открыто спрашивали: «Почему мы должны обучать наших солдат по программе, разработанной другой страной?»
Однако Федерация предлагала очень выгодные условия при вступлении, поэтому никто не мог однозначно сказать, кто прав, а кто нет.
– Нынешняя правящая партия сформировалась под полувековым гнётом общественных мнений, поэтому восстание было вопросом времени.
– То есть премьер-министр Цукикагэ намерен ворваться на Фестиваль искусства меча семи звёзд, мероприятие, организованное Федерацией, доказать неэффективность её работы и лишить её права на обучение блейзеров, так?
– В лучшем случае. Боюсь, как бы он не стремился полностью разорвать отношения с Федерацией.
– Ага, то есть то, что террористическая организация «Освободители» сотрудничает с Акацуки, уже не проблема?
– А что мы можем? Предъявим им обвинения Арисуина? Так они прикинутся белыми и пушистыми, и дело с концом. Да даже если мы и откопаем что-нибудь надёжное, правительство просто заткнёт нас. Как и в случае с Хагуном, – вздохнула Куроно и достала сигарету. – До сих пор не верится, что Цукикагэ-сэнсэй провернул всё это...
– Сэнсэй, вы знакомы с премьер-министром Цукикагэ?
– Он был директором Хагуна в мои школьные годы. Помню, он был умным, рассудительным и очень уважаемым человеком… Неужели политика его так изменила?
Она закурила, хоть пепельница уже смахивала на ежа, ощетинившегося иглами-окурками. Видимо, гасила раздражение.
– В любом случае, академия Акацуки официально будет участвовать в Фестивале искусства меча семи звёзд. Практически все её ученики – элита, широко известная в узких кругах общества. Думаю, я не преувеличу, если скажу, что нынешний Фестиваль будет кардинально отличаться от прошлогоднего. Мы с учителями посовещались и решили, что должны ещё раз спросить, хотите ли вы участвовать или уже передумали? Твой ответ?
– А, так вот в чём дело.
Икки наконец-то понял, зачем Куроно его вызвала.
– Арисуин, Тотокубара и сёстры Хагурэ отказались. Арисуин, понятное дело, считает себя кругом виноватым. Тотокубара не отходит от Тодо – она до сих пор не пришла в сознание. Кикё и Ботан Хагурэ… сломались, когда увидели силу учеников Акацуки.
– Ясно… Видимо, их не переубедить.
– Ну так что? Обстоятельства сложные. А обещание можешь выполнить в другой...
– Нет, ничего страшного, – перебил её парень.
«Мне не нужны уступки. Я давно всё решил».
– Я буду участвовать в Фестивале. Обещание остаётся в силе.
– Уверен?
– Да. Я не считаю, что этот Фестиваль как-то отличается от предыдущих. На арену вместе с рыцарями… так сказать, явной стороны общества выйдут рыцари тайной стороны, только и всего. Цель Фестиваля – определить сильнейшего рыцаря-ученика Японии, и в этом году, думаю, соревновательный дух проявится особенно сильно. Я бы сказал, нас ожидает настоящий Фестиваль искусства меча семи звёзд, каким он должен быть. Что бы премьер-министр Цукикагэ и его команда ни задумывали, нам, рыцарям-ученикам, это всё равно не известно. Лично я хочу просто честных и справедливых битв, да и потом я кое-что пообещал Стелле, – решительно ответил Икки. – К тому же один из будущих противников не даёт мне покоя.
– Император ураганного меча?
– Нет, – тотчас покачал головой Икки. – Братец Ома, конечно, тоже, но и кое-кто ещё.
– Не Император ураганного меча? Но кто?
– Экс-представитель академии Кёмон Аманэ Синомия.
– Тот чересчур милый парень, да, онии-сама? – подала голос Сидзуку.
Икки кивнул. Куроно же слегка склонила голову набок.
– Но я не увидела в нём ничего такого, на что стоит обратить внимание рыцарю.
– Как и я.
– Что?
– Синомия-сан не такой амбициозный человек, как, например, братец Ома. Он вообще не выделяется в отличие от остальных учеников из Акацуки. И я думаю, что так оно и есть. Он не особо силён как рыцарь… Однако я никак не могу выбросить его из головы. Такое… неприятное чувство.
«Я и сам не понимаю, почему он мне так противен. Ясно одно: это не к добру».
– Я хочу узнать, почему изо всех сил бегу от встреч с ним.
«Наверняка есть какая-то причина, просто я её сейчас не вижу».
Куроно понимающе кивнула.
– Конечно, Куроганэ, ты не из тех, кто будет беспричинно ненавидеть кого-то. Возможно, Синомия наделён чем-то, что заметил только ты. Ладно, я поняла тебя. Буду присматривать за тобой на турнире.
– Большое спасибо, – поблагодарил Икки и задал мучивший его вопрос. – Директриса, а Стелла… будет участвовать?
Куроно усмехнулась.
– Я спросила её утром, и она тотчас ответила: «Что вы ко мне пристали? Хотите, чтобы я ушла?»
– Это в её стиле, онии-сама.
– Это точно, – кивнул парень.
– А, Куроганэ, вот ещё что. Она просила передать тебе, что уедет на неделю и не вернётся в общежитие до начала Фестиваля. И ещё... – Куроно сделала паузу, припоминая слова Стеллы. – «То, что меня нет, не означает, что ты можешь приютить Сидзуку».
