— Ты изменился за эти годы, братец Ома. Очень сильно изменился. И как только ты добился такого тела?
— Ого. Ты сразу понял, насколько я отличаюсь от остальных? Не зря ты ранил Двукрылую, хоть и жулик, — оскалился Ома. — Но здесь ты бессилен. Моя нетипичность — это чистая сила, а не твои фокусы.
— …
В дуэли со Стеллой Икки уже сталкивался с неотражаемыми атаками и сводил их на нет гибким блоком.
Безумно размахивая мечом, парящие листья не рассечь. Так же легко отбить дикую силу.
Стелла была неопытна, поэтому проиграла.
В отличие от неё Ома держал меч твёрдо, уверенно. Он бы одним взмахом разделался с листьями.
«Одни проблемы от него. Тенъимухо пользоваться опасно… Вот как мне пережить его дьявольские удары? Погасить Итто Шурой разницу в скорости и отклонить меч? Но мне не хватит одной минуты. Надо бы получше проанализировать братца. Итак, мои действия?»
Икки обратился к накопленному опыту в поисках решения.
— Я по лицу вижу, что ты думаешь о какой-то скукоте, — насмешливо сказал Ома.
— !..
— Сказал же, здесь ты бессилен.
Он приготовился взмахнуть мечом.
«Снова Синкуха?»
Но на этот раз Ома поднял Рюдзумэ так, словно пытался насадить на его остриё луну.
— Я не хочу тратить на тебя своё время. Вся эта беготня меня раздражает, поэтому установим таймер.
И он произнёс заклинание:
— Сомкнись, Мукукэккай*.
Облепившие Рюдзумэ зеленоватые «светлячки» засветились ярче.
И на парк опустился ураган.
— !..
Он вздымал тучи пыли, не давая открыть глаза.
Икки изо всех сил вцепился пальцами в землю и не дал себя засосать.
«Кх! Ослепить меня вздумал? А что, эффективно».
Но в следующее мгновение он понял, как наивен был.
Ома стремился к чистой, незамутнённой мощи. Он не стал бы просто обездвиживать врага.
Мукукэккай таил более страшную, более прямую силу.
— Какого?..
«Н-не могу вдохнуть!..»
А именно изъятие кислорода.
Ома высосал его, создав восходящий поток воздуха, и лишил Икки времени.
— У тебя осталось десять минут. Одна, если решишь драться. Прекращай барахтаться, жалкое насекомое, и покажи наконец-то, на что ты способен, — приказал Император.
— …
«Ну да, братец, ты прав. Мне некогда барахтаться… Да и рискованно это с тобой».
За годы своего отсутствия Ома стал в несколько раз сильнее.
«Я изначально находился в невыгодном положении».
Икки сменил план, собрал всю магическую силу… и зажёг её.
— Итто Шура.
Тело охватило голубое пламя.
Аура меча налетела на деревья и разметала нежные зелёные листья.
Благодаря множеству битв с сильными врагами, она приобрела физическое давление.
Однако Ома и бровью не повёл.
— Значит, ты концентрируешь силу, а потом разом выпускаешь её, пытаясь превзойти врага? Это абсолют жульничества. У меня внутри всё сводит от омерзения, — неприязненно и вместе с тем скучающе сказал он. — Ну давай, мелкий камушек, вперёд. А я отброшу тебя.
Он неспешно занял стойку для парирования атаки.
«Он как огромная гора. Неприступная, попирающая землю… — Икки чуть было не поддался давлению брата, но тотчас взял себя в руки. — Так! Козыри брошены. У меня ровно минута, и я не имею права растрачивать ни единой секунды!»
— Ха-а-а-а!
Чёрный рыцарь издал клич и стелющейся по земле тенью бросился в последнюю атаку.
— Си-и-и-и-и-и-иа-а-а-а-а-а-а!
Император ураганного меча на неразличимой глазом скорости рубанул нодати, целясь в незащищённую шею.
Однако сейчас Икки был быстрее самого ветра!
«У меня получится!»
Он начал контратаку.
«Отклонить меч, сместиться в сторону и рубануть по телу. И не бояться!» — приказывал он самому себе.
Если Рюдзумэ прорубил столь огромный разлом в земле, то голову он отсечёт и не заметит.
«Сконцентрироваться!»
Чтобы проскользнуть под самым лезвием смертоносной гильотины, требовалась идеальная точность.
«Я смогу. Я меня получится. Я же столько тренировался! Главное, не дать страху завладеть собой, и всё получитсяа-а-а-а-а-а!»
Неистово подбадривая себя, Икки вошёл в зону поражения нодати и…
«Э?..»
…Внезапно, слишком внезапно застыл на месте.
«Ч-чего?» — округлил глаза Икки.
Ещё бы.
Сражение достигло кульминации: он должен был отклонить меч брата и провести контратаку, а сам застыл, как статуя. Как будто сигналы от мозга не доходили до мышц.
«Что за дела?!»
Но у него не было времени удивляться. Ома-то продолжил двигаться.
«Черт!»
Икки не успел защититься.
— Гва-а-а-а-а!
Казалось, в него врезался грузовик. Парень далеко отлетел и врезался в каменную стену.
— Гха!
Изо рта вырвались брызги крови.
Отдача задела внутренние органы, а кости в руках, на которые пришёлся основной удар, сломались вплоть до плеч.
«И это я легко отделался… Но что это было?!» — растерялся Икки.
Он был готов обрушить Интэцу на брата, но в самый последний момент почему-то застыл.
За годы карьеры мечника такого с ним не происходило ни разу.
— Эх, ну и чего ты глазами хлопаешь? — сокрушённо проговорил Ома. — Неужели ты думал, что сражение с сильнейшим мечником пройдёт для тебя бесследно? Пусть тело не пострадало, но душа должна была.
— Э?!
