— Ну, я хоть и проснулся ещё не до конца, тут всё очевидно. И никакая телепатия не потребуется, — улыбнулся Икки.
— Д-да? Тогда ладно.
«Фуф! Прямо камень с души! А я боялась, что он подумает что-нибудь не то, — обрадованно выдохнула Стелла. — Какое счастье, что у меня такой проницательный парень и что мы понимаем друг друга без слов!»
Икки нежно взял её за руку и добавил:
— Но запомни, что такое делают между собой только парочки. И ещё. Какими бы ты наклонностями ни обладала, я всё равно буду любить тебя.
— Да ты ничего не понял!
Принцесса побледнела и замахала руками, как ветряная мельница.
— Икки, нет, ты всё понял неправильно! Я не наслаждаюсь тем, что связываю девушек! Просто я помню, что у вас с ней матч вечером, а значит нельзя вырубать её иллюзорной формой! Пришлось воспользоваться бинтами! И это мне ни капли не понравилоф-ф-ф!
Она торопилась так, что прикусила язык.
Икки весело засмеялся.
— Да шучу я. Конечно, я знаю, что ты защищала меня от Сары-сан.
— Что?! Т-так ты посмеялся надо мной?! Как жестоко! — надулась Стелла.
— Это моя маленькая месть за вчерашнее.
Девушка не нашлась, что ответить. К тому же, гнев практически сразу уступил место тревоге.
«О нет! Только бы он не злился на меня!»
— Т-ты… сердишься?
— Что ты, нет. Просто мне нравится тыкать тебя в надутые щёчки.
— Да ну тебя!
Стелла шумно выдохнула и прижалась щекой к нему. Видимо, на языке тела это означало: «Я сожалею».
Икки провёл по её розоватой коже сначала пальцем, а потом и тыльной стороной ладони, наслаждаясь мягкостью и нежностью.
«Так приятно, — увлечённо подумал он. — Я как будто младенца трогаю».
Прищурившись от удовольствия, Стелла и сама ластилась к нему.
— Стелла, ты как кошка.
— Мяу♪ — игриво мяукнула она и прильнула к Икки.
Они нечасто оставались наедине, а потому ловили каждое мгновение.
Однако... внезапно ослепительное счастье лопнуло, как мыльный пузырь: дверь открылась и в комнату вошёл человек.
Он посмотрел на Икки, который застыл, так и не убрав руки со щеки Стеллы, и невыразительно, но тяжело, точно роняя свинцовые шарики, проговорил:
— Видимо, у меня такая судьба: врываться в самый неподходящий момент.
И повисла тишина.
Икки со Стеллой молчали. Они так удивились, что ненадолго потеряли дар речи.
— Н-не может быть! — наконец, выдавила Стелла.
— Отец?! — воскликнул Икки.
В медкабинет вошёл рыцарь, прозванный Железнокровым.
Ицуки Куроганэ, отец Икки.
— Т-так ты приехал в Осаку? А я и не знал.
— Фестиваль — это мероприятие государственного уровня. Естественно, я, как глава Японского отделения Федерации, буду на нём присутствовать. Кроме того, в нём участвуют трое моих детей.
— Д-даже так? Ха-ха… — натянуто засмеялся Икки.
Он ужасно нервничал: Ицуки вошёл ровно в тот момент, когда они со Стеллой нежничали.
Сама принцесса, кстати, сидела рядом, сжав кулачки на коленях, опустив голову и мелко подрагивая. Она смутилась так сильно, что голова шла кругом, а из ушей едва не вылетали струйки пламени.
Она не чувствовала себя так неловко, даже когда Икки застал её в процессе переодевания. Тогда же, кстати, они и познакомились.
«Это!.. Это просто!.. Нас застукал не кто иной, как отец моего парня, а ведь я его ни разу ещё не видела! А это мяу… У-у-у, я удавиться готова! Он точно подумал, что я полная дура! Впечатление хуже некуда!»
С одной стороны, Стелла недолюбливала Ицуки, потому что он постоянно ставил палки в колёса младшему сыну. Но с другой — он был, во-первых, отцом Икки, а во-вторых, главной Японского отделения. Конечно, вторая принцесса Империи Вермилион хотела выглядеть в его глазах соответствующе своему статусу.
«Я должна как-то произвести на него хорошее впечатление. Но как?»
Голова совершенно отказывалась соображать.
— Принцесса Стелла, — внезапно проговорил Ицуки.
— Д-да?! — вскинулась она.
Ицуки низко склонил голову.
— До сих пор я не имел чести видеть вас, принцесса Стелла. Позвольте представиться, Ицуки Куроганэ, отец Икки Куроганэ. Мой сын многим обязан вам. Примите мои извинения за то, что наша встреча состоялась так поздно.
«Т-т-т-т… Т-тесть представился первым!»
Стелла снова допустила досадный промах.
Это было полное поражение.
От расстройства у неё в голове что-то щёлкнуло, и от макушки повалил пар.
«К-как там у японцев принято выражать своё почтение и уважение к старшим?»
Стелла лихорадочно обратилась к памяти, однако нужные слова никак не шли в голову.
Наконец, она кое-как собрала мысли в кучу, упала на колени, опустила голову и сказала что-то странное:
— Я Стелла Вермилион! Пусть я ещё бесполезная, но всё равно рада с вами познакомиться!
— С-Стелла, говорят не «бесполезная», а «неопытная». И падать ниц было необязательно, — прошептал Икки.
— А…
Стелла погрузилась ещё глубже в болото отчаяния.
И ко всему прочему… Ицуки тихо, но отчётливо прыснул со смеху.
Стелла вздрогнула.
«Какое же я ничтожество… — заплакав, подумала она. — Хочу провалиться сквозь землю».
