Немного - но не вполне - расслабившись, Сибрук ответил:
- Сэр, мне было приказано явиться на борт сегодня. Я шел представиться капитану, и тут Зиа - он показал на огненную ящерицу - сказала мне, что на борту - Дракон. Мы решили выяснить, в чем дело. Сэр.
Сипак закатил глаза.
- Немедленно прекратите это дурацкое "сэр". Меня зовут Сипак, а это Пэн. Имя мое, стало быть, вовсе не Сэр. Пойдем. Мы собирались пообедать. Можете к нам присоединиться.
- Да, с... Сипак. А как же капитан? Мне нужно ей представиться.
Сипак улыбнулся, повергнув в недоумение обоих - и Зиа, и Сибрука. Зиа сказала:
"Вулканиты ведь не улыбаются. Или я ошибаюсь?"
Не дав Сибруку ответить, вмешался Пэн.
"Этот улыбается. Он полувулканит".
Выслушав безмолвный диалог, Сипак сказал:
- Капитана Стар сейчас нет на борту. И вернется она не раньше, чем через две недели. В данные вам указания, вероятно, вкралась какая-то ошибка.
- В таком случае кому же мне представляться? - немного испуганно спросил Сибрук. Он так усердно старался следовать правилам и установлениям, а теперь - эти палки в колеса...
Сипак ненадолго задумался, потом сказал:
- Полагаю, мне. Сейчас я - самый старший по званию на корабле. Я прав, Пэн?
"Думаю, остальные - в чине младшего лейтенанта либо ниже. Таким образом, да - ты самый старший по званию офицер на борту. - Тут в его глазах мелькнул огонек пакостника. - Эй, значит, мы можем приказать что угодно? К примеру, выкрасить все коридоры розовым или оклеить каюту капитана фиолетовыми цветами?"
Сибрук уже начинал - пусть и с трудом - разбирать послания Пэна. Но последнюю фразу он уловил отчетливо. Разинув рот от изумления, он повернулся к Сипаку и спросил:
- Вы не можете этого сделать! Или можете?
Подняв бровь, Сипак ответил:
- Нет. У Пэна богатое воображение, но, пока этому воображению не дают разыграться, все в порядке. - В это время они уже шли по коридору. - Все идет настолько официально, насколько мне хочется. Добро пожаловать на борт. Теперь вы - официально член экипажа. Явитесь на медосмотр, - Сипак взмахнул рукой, - в любое время, начиная сегодняшнего дня, но до возвращения на корабль остальной команды. Между тем не стесняйтесь изучать и корабль, и станцию.
Когда они уселись, Сибрук набрался храбрости спросить:
- Не тот ли Пэн дракон, о котором говорится в балладе, начинающейся словами "С невиданным именем зоркий дракон..."?
- Тот самый. Пэна это временами немного смущает - он испытывает такое чувство, что должен жить, исполняя пророчество. А что? - Сипак откинулся в кресле.
- Разве в той балладе не говорится, что Пэн Запечатлел девушку по имени... - Он с трудом вспоминал это имя. - К'рэн?
Над ними зависла тишина - такая непроницаемая, что Сибруку почудилось, что он мог бы ее потрогать.
Сипак застыл, не донеся вилку до рта, а Саул посмотрел на перинита своими большими глазами. Пытаясь сгладить какую-то допущенную им неловкость, - а в последнем он не сомневался - Сибрук сказал:
- Если вы не хотите говорить этого мне, сэр, то я не настаиваю.
Сипак вздохнул.
- Я все время забываю, что не все знают о случившемся с Карен, особенно на Перне. Прошло всего три года. Может, пришло время для этой истории стать известной всем. Вот расскажу я тебе, и ты, быть может, сумеешь написать достойную балладу в ее честь.
Он снова расслабился и начал все еще причинявшую боль повесть.
3. ВОСПОМИНАНИЯ
Сипак не возвращался к своим бумагам ни в тот день, ни на следующий. Воспоминания, которыми он поделился с Сибруком, все еще оставались болезненными - чересчур болезненными, если учесть, что Карен не было в живых почти уже три года. Но в последний год или около того он подавлял мысли о ней и знал, что разговор о Карен мог бы способствовать исцелению душевной раны. В особенности, если он собирался налаживать отношения с кем-то другим.
А отношения, которые его занимали, не уступали в сложности тем, о каких он рассказывал Сибруку. Предметом его дум стала двоюродная сестра Карен еще одна Карен. Только она имела чин контр-адмирала и командовала собственным кораблем, а заодно и другими в своей области пространства. Сипак виделся с ней снова - совсем недолго, когда два их корабля встретились в космосе и вместе подошли к семнадцатой Звездной базе.
Пэн толкнул локтем своего напарника.
"Я ее тоже помню, Сипак. И боль никуда не делась. Мне надо было исчезнуть в Промежутке, с тобою вместе. Однако жизнь должна идти своим чередом".
"Я знаю, Пэн, знаю. Но временами становится тяжко. Особенно когда кто-то вроде Сибрука напоминает тебе о твоем доме и о том, что жизнь твоя могла обойтись безо всех сложностей Звездного флота. - Он вздохнул. - О доме, какого я никогда не видал, но к которому все же привязан".
