- Боюсь, что вы меня не знаете, - сказал он. - Меня зовут Вэл Дарти. Я ваш дальний родственник, троюродный брат или что-то в этом роде. Моя мать урожденная Форсайт.
Холли, от застенчивости не решаясь отнять у него свою смуглую тонкую ручку, сказала:
- Я не знаю никого из моих родственников. Их много?
- Куча. И по большей части ужасный народ. Конечно, я не... ну, во всяком случае те, кого я знаю. Родственники всегда ужасны, ведь правда?
- Должно быть, они тоже находят нас ужасными, - сказала Холли.
- Не знаю почему бы. Уж во всяком случае вас-то никто не найдет ужасной.
Холли подняла на него глаза, и задумчивая чистота этих серых глаз внезапно внушила Вэлу чувство, что он должен быть ее защитником.
- Конечно, разные бывают люди, - глубокомысленно заметил он. - Ваш папа, например, выглядит очень порядочным человеком.
- Еще бы, - сказала Холли с жаром, - он такой и есть.
Краска бросилась в лицо Вэлу: зал в "Пандемониуме", смуглый господин с розовой гвоздикой в петлице, оказавшийся его собственным отцом!
- Но вы же знаете, что такое Форсайты, - почти злобно добавил он. Ах, простите, я забыл, вы не знаете.
- А что же они такое?
- Ужасные скопидомы, ничего спортсменского. Посмотрите, например, на дядю Сомса.
- Что ж, с удовольствием, - сказала Холли.
Вэл подавил желание взять ее под руку.
- Ах, нет, - сказал он, - пойдемте лучше погуляем. Вы еще успеете на него насмотреться. Расскажите мне, какой у вас брат.
Холли повела его на террасу и оттуда на лужайку, не отвечая на его вопрос. Как описать Джолли, который, с тех пор как она себя помнит, всегда был ее господином, повелителем и идеалом?
- Он, верно, командует вами? - коварно спросил Вал. - Я с ним познакомлюсь в Оксфорде. Скажите, у вас есть лошади?
Холли кивнула.
- Хотите посмотреть конюшни?
- Очень!
Они прошли мимо дуба и сквозь редкий кустарник вышли во двор. Во дворе под башней с часами лежала мохнатая коричнево-белая собака, такая старая, что она даже не поднялась, увидя их, а только слегка помахала закрученным кверху хвостом.
- Это Балтазар, - сказала Холли. - Он такой старый, ужасно старый, почти такой же, как я. Бедненький! и так любит папу!
- Балтазар! Странное имя! Но он, знаете, не породистый.
- Нет! Но он милочка. - И она нагнулась погладить собаку.
Мягкая, гибкая, с темной непокрытой головой, с тонкими загорелыми руками и шеей, она казалась Вэлу странной и пленительной, словно что-то, скользнувшее между ним и всем тем, что он знал прежде.
- Когда умер дедушка, - сказала она, - он два дня ничего не ел. Вы знаете, он видел, как дедушка умирал.
- Это старый Джолион? Мама всегда говорит, что это был замечательный человек.
- Это правда, - просто ответила Холли и открыла дверь в конюшню.
В широком стойле стояла серебристо-каурая лошадка ростом около пяти футов, с длинным темным хвостом и такой же гривой.
- Это моя Красотка.
- Ах, - сказал Вэл, - чудная кобылка. Только хорошо бы ей подрезать хвост. Она будет куда шикарнее, - но, встретив удивленный взгляд Холли, он внезапно подумал: "А в общем не знаю, пусть будет, как ей нравится!" Он потянул носом воздух конюшни. - Лошади хорошая штука, правда? Мой отец... - он запнулся.
- Да? - сказала Холли.
Неудержимое желание открыться ей чуть не завладело им, но нет, не совсем.
- Да нет, просто он массу денег тратил на них. Я тоже, знаете, страшно увлекаюсь и верховой ездой и охотой. Ужасно люблю скачки. Я бы хотел сам участвовать в скачках. - И, забыв, что ему осталось пробыть в городе только один день и что у него уже два приглашения, он с воодушевлением предложил: - А что, если я завтра возьму напрокат лошадку, вы поедете со мной в Ричмонд-парк?
Холли захлопала в ладоши.
- О, конечно! Я просто обожаю ездить верхом. Но вот же лошадь Джолли. Вы можете поехать на ней. И мы могли бы поехать после чая.
Вэл с сомнением посмотрел на свои ноги в брюках. Он мысленно видел себя перед ней безукоризненным, в высоких коричневых сапогах и в бедсфордовских бриджах.
- Мне не хочется брать его лошадь, - сказал он. - Может быть, ему это будет неприятно. Кроме того, дядя Сомс, наверно, скоро поедет домой. Конечно, я у него не на привязи, вы не думайте. А у вас есть дядя? Лошадка недурная, - заключил он, окидывая критическим взглядом лошадь Джолли темно-гнедой масти, сверкающую белками глаз. - У вас здесь, наверно, нет охоты?
- Нет; мне, пожалуй, и не хотелось бы охотиться. Это, конечно, ужасно интересно, но это жестоко, ведь правда? И Джун тоже так говорит.
- Жестоко? - воскликнул Вэл. - Какая чепуха! А кто это такая Джун?
- Моя сестра, знаете, сводная сестра, она гораздо старше меня.
Она обхватила обеими руками морду лошади Джолли и потерлась носом об ее нос, тихонько посапывая, что, казалось, производило на животное гипнотизирующее действие. Вэл смотрел на ее щеку, прижимавшуюся к носу лошади, и на ее сияющие глаза, устремленные на него. "Она просто душечка", - подумал он.
