Наконец они решили сделать вот что. Его отец Аки дал ему полсотни воинов и длинный корабль. Столько же воинов и еще один длинный корабль он получил от своего деда Весети. Среди его спутников не было никого старше двадцати и моложе восемнадцати зим, кроме самого Вагна. В то время ему исполнилось двенадцать зим. Он не стал просить больше того, о чем уже сказано, и ограничился двумя длинными кораблями и сотней людей. Он сказал, что ни в чем не нуждается, а пропитание и все остальное, что ему необходимо, раздобудет сам.
Вагн уехал из дома со своими людьми. От всех от них многого ожидали в будущем. Прежде всего им нужно было раздобыть себе пропитание. И хотя Вагн был еще очень молод, он не растерялся. Сперва он воевал в Дании и прошел ее из конца в конец. Он беспощадно разорял прибрежные области и забирал все, что ему было нужно. Он захватывал одежду и оружие, так что к тому времени как он покинул пределы Дании, у него не было недостатка ни в оружии, ни в доспехах, ни в припасах. Так он заставил датчан обеспечить его всем этим и с помощью двух кораблей раздобыл все, в чем нуждался.
Он плыл, пока не достиг Йомсборга. Это случилось ранним утром на восходе солнца. Вагн и его люди поставили корабли перед каменной аркой. Узнав о появлении чужого войска, хёвдинги этой крепости, Пальнатоки, Сигвальди, Торкель, Буи и Сигурд, как это у них было в обычае, поднялись на башню и спросили, кто приплыл. Тогда Вагн спросил, в крепости ли Пальнатоки. Пальнатоки ответил:
– Он с тобой говорит. А вы что за люди и почему ведете себя так дерзко?
Вагн ответил:
– Я не стану скрывать свое имя. Меня зовут Вагн. Я сын Аки с Фьона и ваш ближайший родич. Я приплыл сюда, чтобы присоединиться к вам, потому что дома меня больше не могли терпеть, и сдается мне, что родичам моим уже достаточно от меня хлопот, потому я оттуда и уехал.
Пальнатоки спросил:
– Отчего ты думаешь, родич, что уживешься здесь, если дома с тобой не могли совладать?
Вагн ответил:
– Видно меня обманули, родич, если ты говоришь, что неспособен обуздать мой нрав, чтобы я мог ужиться с храбрыми людьми. Окажи нам честь, раз уж мы приплыли к вам.
Тогда Пальнатоки обратился к йомсвикингам:
– Как вы считаете – стоит принять Вагна, нашего родича, вместе с его людьми или нет?
Тут Буи Толстый сказал:
– Хотя Вагн относился ко мне с большим почтением, чем к остальным своим родичам, я думаю, нам не следует принимать его и он не должен войти в эту крепость.
Тогда Пальнатоки сказал Вагну:
– Мои люди не хотят пускать тебя в крепость, родич. Таково мнение и твоих родичей, а уж они-то хорошо тебя знают.
Вагн ответил:
– В самом деле те, кто стоит рядом с тобой, не хотят принимать меня? Не ожидал я этого от моего родича Буи.
Буи сказал:
– Я и впрямь так думаю. Я не хочу, чтобы вас пускали сюда. Но я считаю, что решить это должен Пальнатоки.
Тогда Вагн спросил:
– А что думают сыновья ярла Струт-Харальда?
Сигвальди ответил:
– Мы оба считаем, что ты никогда не должен вступить в наше братство.
Тогда Пальнатоки спросил:
– Сколько зим тебе, родич?
– Я не стану обманывать тебя, – ответил Вагн. – Мне двенадцать зим.
– Ты хочешь, чтобы мы нарушили свои законы, родич, – сказал Пальнатоки. – Ты слишком молод, и мы не можем принять тебя в наше братство. Теперь понятно, что ты не можешь здесь остаться.
Вагн ответил:
– Я не хочу, родич, чтобы вы нарушали свои законы, только тебе и не придется их нарушать, потому что силой я равен тем, кому исполнилось восемнадцать зим, а то и больше.
– Не настаивай, родич, – ответил Пальнатоки. – Лучше я отправлю тебя на запад, в Бретланд, к Бьёрну Бретландцу. Как твой родич я могу дать тебе половину своих владений в Бретланде, и ты будешь ими править.
– Это достойное предложение, родич, – сказал Вагн, – но я не хочу его принимать.
– Чего же ты хочешь, родич, – спросил Пальнатоки, – если тебе не подходит то, что я предлагаю? Мне кажется достойным это предложение.
Вагн ответил:
– Мне это не нужно сейчас, и было не нужно прежде, хотя это хорошее предложение и оно достойно родича.
Пальнатоки спросил:
– Чего же ты, родич, добиваешься от меня так высокомерно и дерзко, если ты не желаешь его принять?
Вагн ответил:
– Сейчас вы, йомсвикинги, узнаете, что у меня на уме. Я предлагаю Сигвальди, сыну ярла Струт-Харальда, сразиться со мной. Мы будем биться с равными силами. Пусть он возьмет два корабля из крепости и сотню воинов, и тогда мы проверим, кто из нас отступит, а кто одержит победу в этой битве. Давайте условимся, что если они отступят перед нами и обратятся в бегство, вы примете нас и мы станем полноправными членами вашего братства в Йомсборге. Если же с нами произойдет то, что я предсказал Сигвальди, то мы уйдем отсюда, а вы будете свободны от этого договора. Я требую лишь одного – чтобы Сигвальди, ярлов сын, сразился с нами, если он храбр, а не трус и духом муж, а не сука.
Тут Пальнатоки сказал:
