Ярл ответил, что он вовсе не хотел нанести конунгу бесчестье, хотя ни разу не приехал к нему на пир, и что ему помешали другие причины. Затем он поведал конунгу о тех дивных вещах, что они видели и о чем было сказано прежде. Ярл добавил, что готов объяснить конунгу, если тот пожелает, что предвещают, по его разумению, эти небывалые вещи. Конунг согласился, и ярл сказал:
– Я начну с того, что мы увидели дерево с маленькими и зелеными яблоками, а старые и большие яблоки лежали рядом на земле. Я думаю, это предвещает, что вера в стране переменится. Новая вера процветет, и знаменуют ее красивые яблоки. А старые яблоки, что лежали на земле, – это прежняя вера. Они сгниют и превратятся в пыль, и так же старая вера падет, а новая будет идти по странам. Прежняя вера уничтожится и скроется, как мрак перед светом. Второе диво – что мы услышали, как щенки залаяли в сучьих утробах. Думается мне, это к тому, что молодые люди станут принимать решения, не слушая старших, и будут вести себя безрассудно. Скорее всего, они станут поступать по своему разумению, хотя те, кто старше, бывают рассудительнее. И сдается мне, те, о ком я говорю, еще не родились на свет, ведь лаяли щенки в утробах сук, а сами суки молчали. Третье диво – что мы увидели, как две волны поднялись друг на друга, одна изнутри фьорда, а вторая снаружи. Они встретились посредине фьорда и сшиблись между собой, а море стало красным от бури, что они подняли. Я думаю, это предвещает вражду между знатными людьми в Дании, и оттого могут произойти жестокие битвы и большая война, и может статься – часть этой войны произойдет в Лимафьорде, так как здесь мы увидели то знамение, что я поведал.
Конунг благосклонно выслушал ярла и решил, что тот очень мудрый человек. Тогда он простил своего тестя, отпустил его с миром и перестал на него гневаться. Но говорят, до того как конунг и ярл уединились в отдельном покое, Горм-конунг велел своим людям напасть на ярла. Прежде он судил так, что ярл ни разу не приехал, когда был зван на пир, из дерзости, чтобы нанести ему бесчестье, и пока они не стали беседовать наедине, ему казалось, что он принял правильное решение. Но теперь конунг понял, что у ярла были причины не приехать.
На этом конунг и ярл кончили свой разговор. Некоторое время ярл провел у конунга в большом почете, а потом тесть и зять расстались в полном согласии как добрые друзья. Перед самым отъездом ярл получил от конунга достойные дары и ехал со своими людьми, пока не добрался домой.
Вскоре после этого Харальд-ярл отправился на юг, в Саксланд. Там он принял христианскую веру и больше не возвращался в свои владения. Все свои владения он передал своему родичу и воспитаннику Кнуту. И теперь уже Кнут стал править Холльсетуландом и всеми землями, что прежде принадлежали Харальду-ярлу.
Теперь надо рассказать про Горма-конунга и его сына Харальда. Как только Харальд возмужал, между отцом и сыном начались раздоры.
Тогда Горм-конунг решил дать ему несколько кораблей и так избавиться от него.
Каждую зиму Харальд проводил в Дании. Здесь у него была зимняя стоянка. Говорят, спустя некоторое время Харальд стал просить у своего отца, Горма-конунга, дать ему какие-нибудь земли во владение и управление, как это сделал его дед Клакк-Харальд для Кнута, но отец не дал сыну того, о чем он просил.
Говорят, что с этих пор между братьями Кнутом и Харальдом стала расти неприязнь. Харальду казалось, что они слишком отличаются друг от друга, и он полагал, что в дальнейшем эта разница не уменьшится.
Рассказывают, что однажды осенью Харальд не вернулся в Данию как обычно, чтобы зимовать там. Летом он воевал в Восточных странах. А в другой саге говорится[16], что Горм-конунг послал своих людей в Холльсетуланд звать своего сына Кнута к себе на йоль.
Когда пришло время, Кнут отправился в путь со своими людьми. У него было три корабля. Случилось так, что он добрался до Лимафьорда поздно вечером в канун йоля. Тем же вечером туда приплыл его брат Харальд. У него было девять или десять кораблей. Он приплыл из Эйстрасальта, проведя лето в походе. Харальд узнал, что здесь его брат Кнут с тремя кораблями. Вспомнил он тогда о той разнице, что была между ними, и велел своим людям надеть доспехи и взяться за оружие.
– Теперь, – сказал он, – следует положить конец тому, что стало между мной и моим братом Кнутом.
Кнут, видя, как повел себя его брат Харальд, понял, что тот задумал, и хотя у него было меньше людей, решил защищаться. Они вооружились и приготовились к битве. Кнут начал ободрять своих воинов. Харальд окружил их, и братья тотчас вступили в битву. Был канун йоля, когда они стали биться. Кончилось тем, что Кнут пал со всеми или почти со всеми своими людьми, потому что у Харальда было гораздо больше воинов.
