И тут я взорвался. В конце концов, я тоже железным не был. И так слишком долго скрывал свои чувства и вообще — всё, что казалось мне по-настоящему важным, я практически похоронил где-то в глубинах своего подсознания. Потому что хотел отгородить её от этого. Но, черт возьми — я ведь эгоист! И потом — дама настаивает. Как я могу ей отказать?
— Я хотел оставить тебе свободу выбора, ясно? — против воли мой голос тоже прозвучал на пару октав выше, но было уже плевать, — Долбанную свободу выбора! Чтобы ты не чувствовала себя обязанной быть со мной, только потому что когда-то мы были вместе!
Выпалив это, я замолчал, переводя дыхание. Давина смотрела на меня широко открытыми глазами, и больше всего мне сейчас хотелось прижать ее к стеклянной двери этого проклятого балкона — и целовать, не давая ей сказать ни слова. Просто не позволяя ей всё испортить. Потому что по её взгляду я понимал — именно это она и собирается сделать.
Однако, видимо, я всё же был эгоистом не до мозга костей. Потому что я не стал воплощать свою фантазию в жизнь, а просто стоял и смотрел на неё. Чтобы через несколько долгих секунд услышать:
— Пожалуйста, уйди.
И выполнить её просьбу. Удержавшись от того, чтобы не хлопнуть дверью так, чтобы стекла разлетелись на чертовы осколки. Потому что я был верен себе и своим обещаниям. Лишь одно её слово способно заставить меня уйти. И сегодня — она его произнесла.
Глава 19. «Возвращение домой и роковая ошибка»
Давина
Возвращение в Лондон прошло для меня как в тумане. Я смутно помню, как мы регистрировались — и снова бизнес-класс — как пристегивались и взлетали. Видимо, сказывалась беспокойная ночь. Я не то, чтобы не спала — нет, глаза то я закрыла. Вот только вместо горячих юношей верхом на единорогах, которые скакали в мои объятия по радуге, мне снилось мое прошлое. Видимо, Лета решила постараться максимально восполнить проблемы в моей памяти.
Начали мы с малого, а точнее — с детства. Я узнала, что оказывается, у меня было два брата и три сестры. Сестры — Аделфи, Ксения и Дорсия — все были младше меня. Тогда как братья — Зен и Кирос — были старшими и настоящими воинами, свирепыми, но прекрасными. И, видимо, они и оказали влияние на малышку Лету. Потому что выросла из нее далеко не кроткая женщина.
Она отличалась от всех — даже внешне. Многие считали, что она отмечена богами, потому что ни у кого в семье не было таких белых волос и бледной кожи, которую не брало никакое солнце. Вот только отметили они ее еще и ужасным характером. С раннего детства девочка училась не женским премудростям — готовке, шитью и прочему. Нет, она с раннего утра брала в руки оружие, убегала как можно дальше от поселения — и без устали тренировалась.
Дальше — больше. будучи подростком, она приноровилась воровать. Разные мелочи — еду, небольшие суммы денег, украшения. Ей это было не нужна — семья Леты была более чем обеспечена. Нет, она делала это просто из любви к искусству. Вот только семья ее таланты не оценила. И когда ей исполнилось семнадцать — ее буквально поймали за руку. И изгнали. Даже братья, которые любили строптивую сестрицу, не пошли против воли родителей и не заступились за нее. Да уж, семейка года просто.
В общем, молоденькая девчонка — то есть, типа я — скиталась по свету, и каким-то невероятным образом оказалась на Севере. Пробравшись на драккар[1], она переплыла море — и оказалась в Мидгарде. Ну а дальше — дело техники найти деревню и начинать строить жизнь заново. Что моя предшественница и сделала.
И всё это мне — как в быстром фильме — показывали всю ночь. Неудивительно, что я клевала носом всю дорогу.
Очнулась я только в Хитроу, когда обеспокоенная Хелена подошла ко мне и спросила, почему я так странно смотрю на свой чемодан. Кивнув, я взяла в руки свой багаж и, наконец, покинула аэропорт.
Лондон встретил нас привычной погодой — туманом и дождем. Хорошо хоть без ветра. После легкого мороза и яркого солнца Рейкьявика было как-то странно снова окунуться в эту унылую английскую атмосферу. Хотя, казалось бы — мы провели там не больше суток, однако, Исландия будто отпечаталась у меня под кожей.
Повернувшись к замершим Хранителям и Хелене, я чуть улыбнулась:
— Ну, это была увлекательная поездка, однако пора — хотя бы ненадолго — вернуться к обычной жизни простой смертной.
— Ди, — почти простонала Грей, — только не говори, что собираешься сейчас на работу.
— Нет, что ты такое говоришь, — покачала я головой, — Сперва я заскочу домой — привести себя в порядок с дороги. А уже потом — в ресторан. Оценивать ущерб, который нанесли Билл и Софи.
— Помощь нужна?.
По голосу Хелены было очевидно, что её идея поработать совсем не привлекает, и предлагает она это только потому, что безмерно меня любит. Поэтому, я мотнула головой и заверила её, что прекрасно справлюсь сама.
— Да, — засуетилась Авелин, — Меня тоже ждут в участке. Да и тебя, Адриан, наверняка в больнице потеряли.
