— О, действительно небольшой. Всего три этажа и около шестнадцати комнат.
За кашлем я скрыл замешательство. Действительно небольшой домик. Мне уже меньше хотелось домой.
— И что же от меня требуется?
— Я уже говорил. Вы просто должны будете жить так, как привыкли у себя на планете. Как я уже говорил вам вчера, это необходимо, чтобы изучить жителей тех планет, которые стоят на пороге выхода в космос.
— Я подумаю над вашим предложением, — буркнул я.
— Думайте, господин Студент.
Оба человечка направились к выходу. Но вдруг Ррзав остановился и нерешительно повернулся ко мне.
— Господин Студент, можно один вопрос?
— Да, — милостиво разрешил я.
— Кто такие пролетарии и куда они пролетают?
Я бродил по кораблю, постоянно суя нос во все щели. За мной хвостом таскался помощник Ррзава. Кажется, они были вдвоём на корабле. Полёт шёл уже третьи сутки, и я изнемогал от безделья. Понятно, что я согласился на договор, но сейчас уже проклинал себя за это. Ведь они даже отметить договор не захотели! Точнее, захотели, но… всё упёрлось в то, что они никак не могли понять, что такое водка! Настоящие дикари! Мало того, они никак не хотели понимать слово «спирт»! Отметить же заключение договора они предложили какой-то водой, в которой едва набиралось два градуса, да и то если полтора добавить для самообмана. Естественно, я отказался пить этот лимонад и попросил чего-нибудь покрепче. Вот тут в бочке мёда впервые и появилась та самая пресловутая ложка дёгтя. Самым крепким напитком здесь оказался какой-то бурене крепостью… восемь градусов. Когда я понял это, то готов был отправиться на Землю даже пешком. Эти двое зелёных поймали меня почти у самого шлюза, а потом долго убеждали, что идти мне придётся около пяти миллиардов лет.
— Пусть!!! — орал я. — Пусть пять миллиардов, десять, двадцать, но я не намерен оставаться там, где дорогих гостей поят таким компотом!
— Поверьте, господин Студент, мы не хотели вас обидеть. И обещаю, мы что-нибудь придумаем.
— Уж постарайтесь, — мрачно буркнул я. — А то на вашем Алгеусе придётся заняться самогоноварением, а это всё-таки запрещено законом.
С этого дня уже ничто не могло поднять моего настроения. Даже экскурсия, организованная помощником Ррзава. Он охотно объяснял мне устройство корабля, назначение приборов, учил обращаться с домашними роботами. Постепенно мы добрались и до машинного отделения. Чистота здесь была идеальная, но в воздухе отчётливо витал знакомый запах.
— Вы чувствуете? — осторожно спросил я, боясь спугнуть удачу.
Помощник, которого, кстати, звали Грзав, принюхался.
— Да. Где-то прорвало трубу с очистительной жидкостью, — встревоженно отозвался он. — Ну и нюх у вас, господин Студент.
Я не обратил на его слова никакого внимания и двинулся по запаху. Вскоре я уже стоял около какого-то бака литров на двести. В одной из подходящих к нему труб наблюдалась лёгкая течь, и жидкость с таким знакомым запахом стекала по боку бака.
— Ага, вот и течь. — Грзав достал тюбик и выдавил из него какую-то пасту на трубу. Паста вмиг затвердела, и утечка прекратилась.
— Что здесь? — заворожённо спросил я, не отрывая глаз от бака.
— Я же говорю, очистительная жидкость. Видите ли, стержни Гери, которые служат для сверхсветового движения, от проходящих через них потоков энергии теряют прозрачность, а это отражается на мощности. Поэтому требуется постоянно их чистить. Очистительная жидкость идёт по стержням Гери и возвращает им прозрачность. Это сложная реакция. На самом деле эта жидкость их не чистит, а просто служит катализатором для реакции очищения…
— То есть эта самая жидкость не пачкается?
— Нет, но она испаряется, несмотря на герметичность. Поэтому постоянно требуется её добавлять. Эй, что вы делаете, господин Студент?!
Я, не обращая внимания на крики Грзава, подошёл к трубе, намочил палец в жидкости и лизнул. Нюх меня не подвёл. Это был ОН, спирт, чистейший, градусов семьдесят.
— Живём, — восторженно прошептал я.
Как известно, нужда — мотор ума. Я вмиг обнаружил клапан для слива очистительной жидкости и, прежде чем Грзав успел меня остановить, наполнил свой походный стакан и сделал изрядный глоток. Ух, сейчас бы сюда ещё огурчик солёный. Только тут я заметил, что вокруг меня носится Грзав и что-то вопит, махая руками и пытаясь выбить стакан со спиртом у меня из рук. Все могут подтвердить, что отнять стакан с водкой у меня практически невозможно. Чисто машинально я отворачивался от Грзава, не давая тому добраться до стакана, даже не замечая этого. Только когда стакан оказался пуст, я с блаженной улыбкой повернулся к Грзаву. Тот уже стоял около переговорного устройства и что-то кричал Ррзаву. Через минуту дверь в машинное отделение распахнулась и сюда буквально влетел сам Ррзав, за которым неслись роботоносилки. В руке Ррзав сжимал мощную кибераптечку, предназначенную для сложнейших операций. Прежде чем я успел что-либо сказать, я оказался на носилках, а Ррзав раскрывал кибераптечку.
