Крылатый змей шипел и лихорадочно извивался, из его пасти шёл дым и слабые языки угасающего пламени. Всадник подъехал к змею, призвал копьё и приготовился проткнуть им существо. Змей что-то прошипел в бреду, замирая среди высокой травы.
— Ты знаешь его? — удивился всадник, передумав убивать того, кто находится на грани смерти.
Услышанное от крылатого змея имя пробудило у серафима приятные воспоминания из детства. Без сомнения это он, зулдан, о котором рассказывал ему друг во времена обучения в академии. Серафим призадумался. Если он самовольно уйдёт на поиски друга, то это будет означать предательство верховного бога, которому он служит уже бессчётное количество лет. В каком мире ты не живи, если нарушишь табу верховного бога, то тут же становишься изгоем и предателем. Но предательство давно выстроенных дружеских уз, хуже проявления собственной воли.
Зулдан издал протяжный предсмертный стон.
Серафим с больным сердцем посмотрел на Древо Познания. Оно излучало тепло и бледный жёлтый свет, проходившие через телесную оболочку к душе. Ветер резко сменил направление. Крона зашумела. И серафим в беспокойном разговоре листьев услышал одно единственное слово — “Война”.
Он достал из-за пазухи бархатный небольшой мешочек, в котором поместится разве что красивый браслет, развязал его и спрятал внутрь крылатого ещё живого змея, вскочил на коня и помчался в Земной Пантеон. Дальнейшая цель ясна. Но прежде, чем уходить на поиски друга, необходимо собрать армию.
Холодный тёмный гранитный камень с трудом вонзился в землю по воле заклинателя. В отличие от остальных здешних неухоженных, разломанных временем могил, эта стала новой и последней. Самеан плавно провёл рукой по воздуху и на граните появилось драгоценное ему имя женщины — Ул Эшерхорд. Он коснулся рукой камня, положил два оранжевых цветка и бесцельно направился на выход из скрытой долины Эшерхордов. В мыслях крутилось одно: “Иначе было нельзя”.
Он никогда не забудет её доброго зеленоглазого взгляда и длинных, пушистых каштановых волос, от которых всегда пахло счастьем. Ему нравилось тёплое чувство любви. Ул научила его любить, и даже проклятье одиночества почти забылось, но рано или поздно приходит время возвращать долги. Самеан надеялся, что больше не увидит её смерти, по крайней мере на своих руках, как в прошлый раз полторы тысячи лет назад. Но чего падший так сильно боялся, то и произошло. Ул мертва, а убийца — он сам, а не люди, как было когда-то.
Самеан пока не желал возвращаться в Область Тьмы, хотя бы ближайшие пару часов. Он шёл долго, забывая прошлую роль, входя во мрак пещеры.
В кромешной тьме, он увидел образ, который когда-то подтолкнул его к этому пути. Кровь. Всё было в ней: пол, стены, мебель и мать. Жнец, забравший её жизнь, холодно прожёг взглядом Самеана, которому едва ли было четыре божественных года и попытался убить.
Тогда Самеан познал ужас одиночества.
От мрачных воспоминаний его отвлекли голоса, идущие из глубины пещеры. Падший осторожно выглянул и увидел сражение чёрного дракона с человеком. От них исходила странная аура.
Человек с мечом в руках взбежал на скалу и прыгнул с неё на дракона. Меч прошёл насквозь морду могучего существа. Дракон взревел, сбросил с себя противника, встал на задние лапы и передние свёл вместе. Вокруг смертного появились полупрозрачные чёрные грани куба, пока не затвердели, став тюрьмой для человека. Дракон упал на бок.
Самеан с помощью теней обошёл этих двух противников и приблизился настолько близко, насколько мог.
— Ты проиграл, Кагуруя! — гневно сказал дракон, тяжело дыша. От него начали отслаиваться чешуйки и превращаться в частицы магии, исчезающие в небытие.
Самеан крайне удивился. Ул рассказывала, что Кагуруя стал основателем её рода, и ему на данный момент должно быть не менее пяти тысячелетий. Видимо, драконья кровь в его жилах неплохо сохранила тело.
Дракон произнёс что-то на своём языке и положил голову на землю, принимая неизбежную смерть. Самеан появился перед ним. Дракон оскалил пасть.
— Ты ещё кто такой!?
— Тот, кто примет твою силу, чтобы она не исчезла навсегда. — ответил падший, бесстрашно подходя к нему.
— По запаху ты не человек. — насторожился могучий зверь.
— Ты умираешь, а я ещё живу. Так что мне пригодится твоя магия. Я ученик Смерти.
Самеан задрал правый рукав, показав на руке выжженное магией клеймо, о котором никто, кроме Ул не знал. Дракон чуть оживился.
— Узнаю этот знак… Так и быть, я передам тебе свою магию, только воспользуйся ею должным образом. Прикоснись ко мне.
Самеан положил ему на морду свою ладонь, впитывая тёмную энергию в огромных количествах. Когда вся магия была передана падшему, дракон к этому времени оказался мёртв. Чёрный куб, в котором заточён человек, продолжал существовать, но это ровно до тех пор, пока узник не умрёт.
Самеан почувствовал, что его переполняет небывалая мощь. Он решил опробовать новообретённую силу магии Смерти.
Над миром пронеслась страшная тень. Громогласный рык заменил собой раскаты грома.
