Сага о Скарлетт полностью

Тэзвелл подержал пончик и газету господина Николета, пока тот доставал ключи и открывал дверь. Зайдя в кабинет, Николет указал Тэзу на кресло для посетителей, а сам уселся за стол, поверхность которого была полностью завалена судовыми декларациями, сводками о перевозках и закупках хлопка.

— Я пришел по данному вами объявлению, мсье, — сказал молодой человек.

Николет дал объявление в некоторой спешке, чтобы не успеть передумать.

— Признаться, не ожидал столь раннего отклика.

— «Пикаюн» можно приобрести в редакции уже в шесть утра.

— Вот как…

— Что-то не так, мсье? — спросил молодой человек.

Николет быстро заморгал. Конечно не так. Этот молодой человек — совсем не его любимый Франсуа.

— Нет, все в порядке. Поскольку я намереваюсь часто бывать в отъезде, мне необходим надежный помощник. Надежный! — Николет не удержался, чтобы не поворчать: — На большинство молодых людей нельзя положиться: колобродят, курят сигары и играют в карты!

— Я не играю в карты, мсье.

— У меня не такая большая фирма, чтобы платить молодым людям столько, сколько они желают.

— Мои потребности скромны.

— Торговля хлопком — сложное дело; чтобы разобраться в нем, могут уйти годы.

— Я не беру на себя обязательств, которых не в силах выполнить, мсье. Но обещаю, что приложу все усилия.

Николет развернул газету и уставился в ровные строчки, не читая. Затем положил пончик на газету. Каждое утро он съедал пончик за чтением новостей морских перевозок.

— У Дидро пекут лучшие пончики в городе.

— Oui, monsieur.

Николета постепенно смягчил живой выразительный креольский язык Тэза и его образование, полученное у иезуитов. Как большинство католиков, Николет переоценивал жесткость и действенность подготовки иезуитов.

— А как ваша семья, юный Уотлинг? Она в Новом Орлеане?

— Генеалогическое древо у меня не совсем… ровное, — произнес Тэз.

— Понятно.

Николет снял очки, подышал на стекла и протер их носовым платком. Торговля в Новом Орлеане держалась на связях, и ему нужен был молодой человек со связями. У его Франсуа они были. Как раз перед тем, как заболеть, Франсуа получил приглашение вступить в «Комус», престижное общество Марди-Гра. Все любили Франсуа. Буквально все!

— Мсье, если это смущает вас…

Николет лишь отмахнулся. Торговец хлопком знал — слишком свежа еще была боль потери, — что собеседование еще с одним молодым человеком, которому так же далеко до его Франсуа, он просто не вынесет.

— Уотлинг, вы не первый незаконнорожденный на моей памяти. Благодаря трудам добрых отцов-иезуитов, — тут Николет вымученно улыбнулся, — я вас найму. Могу положить вам жалованье семь долларов в неделю.

В следующие несколько недель Жюль Николет натаскивал Тэза, как составлять партии хлопка от нескольких креольских плантаторов для отправки ливерпульским комиссионерам. Тэз научился различать длинноволокнистые и коротковолокнистые сорта хлопка, к тому же Николет показал ему, какие уловки предпринимают мошенники, чтобы выдать хлопок низкого качества, плохо очищенный от семян, за высококачественный.

Каждое утро Тэз приходил в контору прежде хозяина и уходил позже его. На складах и пристанях ходил за ним по пятам и задавал так много вопросов, что добродушный торговец даже высказал полушутливое неудовольствие: «Са qui prend zasocie prend maite (нанимая сотрудника, нанимаешь господина)». Уж не слишком ли американец сей молодой человек, невзирая на иезуитское воспитание?

Тэз снимал комнату в пансионе, чьи коридоры пропахли щелоком и вареной капустой.

Написав наконец Красотке, Тэз преувеличил свои перспективы. Об отъезде же из Англии написал одной строкой: «Маман, пора было начинать идти своей дорогой в мире».

Красотка ответила сразу же:

Мой милый мальчик!

Как я рада была получить твое письмо! Ведь я очень волновалась за тебя! А теперь радуюсь, что в Новом Орлеане у тебя значительная должность.

«Красная Шапочка» процветает. У саквояжников и офицеров-янки денег хоть отбавляй. Минетта просит, чтобы ты ее не забывал. Тэз, нельзя ли послать ей три фунта ново-орлеанского кофе?

Милый мой мальчик, и как только тебе могло прийти в голову, что Ретт Батлер женится на женщине вроде твоей старушки матери? Ретт всегда любил Скарлетт О’Хара. Даже когда та была еще замужем за Фрэнком Кеннеди! И теперь я молю Бога, чтобы их брак оказался счастливым.

Тэз скомкал письмо. Как смел Ретт Батлер не любить его мать?!