Ринго выругался и стремительно пошел к выходу. Все расступились перед ним в разные стороны.
За ним пошел и Ричард Баллоу. Проходя рядом с Розалиной, он остановился и взглянул красавице в глаза.
Та, ничуть не смутившись, улыбнулась бандиту.
— А теперь я всех угощаю за мой счет! — Ричард вытащил из нагрудного кармана своей рубахи несколько крупных банкнот и швырнул их в воздух.
В зале зааплодировали.
А бандит, ничуть не смущаясь, развернулся и вразвалку зашагал к выходу. Все шарахались в разные стороны, боясь плечом или взглядом зацепить Ричарда Баллоу. А он шел через зал, как будто бы был настоящим хозяином, а все присутствующие — это только его мелкие слуги и гости.
К столику Баттлера подошел Джек Добсон.
— Я видел, вы вели себя достойно. Я думал, начнется потасовка.
— Джек, я, честно говоря, тоже думал. Но, слава Богу, все обошлось, благодаря Мортимеру.
— Если бы не он, то все кончилось бы, вероятно, перестрелкой.
— Возможно, но я был наготове, — сказал Баттлер.
— А я в этом и не сомневался. Я сразу догадался, что у тебя на колене лежит револьвер.
— Вот именно, Джек, револьвер, а рука на курке.
— Почему же ты не стрелял, Баттлер?
— Почему не стрелял? — Ретт пожал плечами. — Знаешь, я догадался, что бандит струсит. А как догадался, я этого и сам не знаю, что-то в его лице мне подсказало, что он выхватит пистолет, приставит ко лбу Кристиана, но на курок нажать не решится.
— А если бы? — спросил Джек Добсон.
— Ну, знаешь ли, если бы… Если бы, то я, наверное, нажал бы на курок первым.
— Не сомневаюсь, Баттлер.
— А кто этот мужчина? — спросила Розалина у Клода Бергсона, указывая глазами на Ретта Баттлера.
— Это… — хотя окружному шерифу и не нравился Ретт Баттлер, но даже он не мог солгать и скрыть своего восхищения, — это очень крутой мужчина, Розалина, очень…
— Откуда он?
— Его знают на всем Западе, очень известная личность — Ретт Баттлер.
— Чем же он так прославился, Клод? — поинтересовалась женщина, делая небольшой глоток из изящного хрустального бокала, наполненного шампанским.
— Чем известен? По-моему, он за несколько лет поймал столько отъявленных головорезов, что вся наша полиция, я имею в виду полицию нашего округа, не поймала.
— Как, один?
— Да, когда один, когда со своим приятелем. У него есть друг, не менее известный, чем он. Может, ты слышала о полковнике Брандергасе?
— Полковник Брандергас? — произнесла женщина. — Нет, Клод, меня не интересуют полковники, меня интересует Баттлер.
— Что ж, достойный мужчина, хотя… — он хотел сказать какую-нибудь гадость, но сдержался. — Розалина, может быть, еще немного шампанского?
— Пожалуй, — бросила женщина, подставляя свой бокал.
А Ретт Баттлер сосредоточенно сдавал карты своим партнерам. И вдруг он что-то почувствовал.
Медленно, очень медленно он поднял голову, оторвавшись от веера карт в своих руках, и над ними увидел темные глаза Розалины. Она смотрела прямо в глаза Ретту Баттлеру и улыбалась. Казалось, встань сейчас из-за стола, пройди какой-нибудь десяток шагов — и можешь смело поцеловать эту женщину, ее губы будут открыты, она вся подастся вперед тебе навстречу…
Ретт Баттлер понял, что его уже что-то связывает с Розалиной, что его что-то влечет к ней и что их пути в ближайшем будущем пересекутся.
Он отвлекся от игры и был тут же наказан проигрышем.
Кристиан Мортимер изумленно посмотрел на Баттлера, склонился и прошептал ему на ухо:
— Послушай, может, я поиграю? С тобой что-то происходит.
— Нет, Кристиан, все нормально, просто…
— Я все понял, я же не дубина, — улыбнулся Кристиан Мортимер, беря за талию Сандру и прижимая к себе.
Та покорно откинула голову и смотрела в глаза Кристиану так, как будто бы она знает его всю жизнь. Кристиан ответил ей благодарной улыбкой и поцеловал в щеку.
А тапер продолжал исступленно барабанить по клавишам, расстроенное фортепиано дребезжало, но все равно звуки музыки вырывались из него и царили над всеми, кто был в салуне.
Праздничный вечер медленно подбирался к своему апогею. Хлопали пробки, вылетая из бутылок, слышался смех, топот, пьяные голоса.
— Послушайте, Клод, — зашептала на ухо окружному прокурору Розалина, — так вы говорите, он служил в полиции?
— Кто? — не понял Клод Бергсон.
— Ретт Баттлер, — произнесла наконец имя мужчины Розалина.
— Ретт Баттлер? Да что вы, нет-нет, он никогда не служил в полиции.
— Но вы же говорили, что он ловил преступников.
— Да, он ловил их за деньги. Здесь на Западе есть такая профессия — охотник за людьми.
— Как вы говорите? Я что-то не совсем вас понимаю, Клод…
— Охотник за людьми.
— И что, Ретт Баттлер был вот этим самым охотником за людьми?
— Ну да, этим занимаются только отчаянные смельчаки, те, кому надоело жить. Ведь бандиту, за голову которого объявлена награда, терять нечего. Он не щадит ни себя, ни тех, кто его преследует.
— Но, видимо, Ретт Баттлер отчаянный смельчак и очень удачлив, — сказала Розалина, — раз он жив-здоров и прекрасно выглядит по сей день.
— Да, это отчаянный смельчак и мастер. Я думаю, если бы он захотел, то мгновенно уложил бы обоих — и Ричарда Баллоу и его дружка Ринго. Но что-то его сдержало.
