Розалина гордо тряхнула головой и, не считая нужным отвечать на подобные замечания, подошла к Ретту Баттлеру и поцеловала его в щеку.
Конечно, в этом было что-то театральное, в жесте женщины не было интимности. И это смутило Ретта.
Розалина отстранилась от мужчины и посмотрела на лацканы его сюртука.
— Ты еще не обзавелся блестящим значком? Он бы был тебе к лицу.
— Я не женщина и не люблю украшений.
— Ты вчера поразил меня, — призналась она, увлекая Ретта Баттлера за столик.
Окружной шериф, оставшись в одиночестве, улыбался как бы оправдываясь перед присутствующими. На него и так после вчерашнего вечера и после собрания на площади смотрели с насмешкой. Клод Бергсон обратился к хозяину.
— Они все такие смелые, воображают себя героями. Но я посмотрю, что с ними будет, когда в город ворвется банда.
Хозяин согласно закивал, но по лицу его было понятно, что он всецело на стороне полковника Брандергаса и его друзей.
— Наш антрепренер, — сказал Розалина, — договорился с мэром, что мы дадим здесь еще несколько спектаклей. Поэтому я тут задержусь. Ты не рад, Ретт?
Женщина пристально посмотрела в глаза мужчины. А Баттлер, злясь на самого себя, ответил:
— Розалина, я собираюсь уехать. Мне больше нечего делать в Клостер-Тауне.
— Ты не останешься здесь даже ради меня?
Ретт Баттлер задумался. Предложение было соблазнительным, но он вспомнил, что Розалина хоть и очень нравится ему, но очень далека от образа идеальной женщины.
— Так ты не ответил, — и Розалина положила свою ладонь на запястье Ретта.
И мужчина понял, что не найдет сил отодвинуть свою руку в сторону, настолько приятным и волнующим было это нежное прикосновение.
— Розалина… я подумаю, — внезапно сказал Ретт и накрыл своей крепкой рукой хрупкую ладонь актрисы. — Может быть, мы уедем вместе?
— Извини, меня ждут.
Но жалея Ретта Баттлера, она направилась не к окружному шерифу, а к Кассио, скучавшему за угловым столиком.
— А я хотел плевать на всех! — в сердцах выругался Ретт Баттлер и пошел к карточному столу.
Нужно было, пока не поздно, зарабатывать деньги, ведь неизвестно, что может случиться завтра или даже через час.
Мэр Клостер-Тауна вообще-то был оптимистом и первые успехи нового главы городской полиции окрылили его. Ему казалось, что с бандитами покончено навсегда и по поводу такой крупной победы он решил устроить в городе праздник.
Сколько ни отговаривал его полковник Брандергас, Фрэнсис Дайвер не соглашался. К тому же, ему вторил Клод Бергсон, посчитавший, что праздник с оркестром и танцами повысит его пошатнувшуюся репутацию.
Члены городского совета, посовещавшись, решили отдать организацию развлечения на откуп шерифу округа Клоду Бергсону. К тому же он и сам вызвался финансировать часть этого предприятия. Он задумал устроить грандиозное гулянье, достойное такого богатого города как Клостер-Таун.
Мэр города, посовещавшись с городским советом, решил, что все развлечения на празднике будут бесплатными. К городу примыкал поросший травой холм, обнесенный земляным валом — остатками некогда грозного форта. Здесь обычно жители Клостер-Тауна устраивали гуляния, собрания и ярмарки, для которых на улице было слишком тесно. Один из склонов холма спускался к реке, и с любого места здесь открывался вид на много миль вокруг. Этот живописный уголок и должен был стать ареной подвигов окружного шерифа Клода Бергсона.
Он в отличие от мэра понимал, что затишье в городе временное, что банда желтых повязок собирается с силами, чтобы нанести ответный удар. Но он хотел использовать дни затишья, чтобы поправить пошатнувшуюся репутацию. Он велел расклеить по городу длинные розовые афиши, гласившие, что вечером будут устроены разного рода игры и нанял целый отряд рабочих, за которыми наблюдал сам.
Под руководством Клода Бергсона они установили вымазанные салом шесты для лазанья, которые увенчивались копчеными окороками и овечьими сырами местного производства. Рядом Клод Бергсон распорядился поставить барьеры для бега с препятствиями и для конских скачек. А через неширокую здесь реку перекинули скользкую жердь и на другом берегу привязали живую свинью. Свинья должна была достаться тому, кто изловчится перейти по жерди на другой берег. Также заготовили тачки для гонок, построили помост для бокса, борьбы и прочих кровавых развлечений. Собрали мешки для прыганья в мешках.
Кроме того, Клод Бергсон решил устроить грандиозное угощение и приглашал всех горожан на это дорогое пиршество. Правда, спиртное поставить он не решился. Столы расставили у самого подножия вала бывшего форта и над ними растянули тент. По другую сторону холма установили шатер из покрышек разных цветов и размеров, подвязанных как попало к переплетающимся стволам деревьев.
Теперь окружной шериф успокоился, полагая, что подготовился к празднику отлично. Но к вечеру необычайно ясное небо заволокло тучами, погода грозила испортиться и подул жаркий, но сырой ветер. И член городского совета, окружной шериф Клод Бергсон, пожалел, что был так уверен в устойчивости ясной погоды.
