Он не был цельным, но и не слабым. Это был самый сильный и самый громкий рев, который был услышан с тех пор, как Асгард начал искать осколки души.
«Это не один фрагмент души».
Ульр сказал, и Тор понял его слова.
Число фрагментов души Гарма, которые, по оценкам Одина, насчитывали около пятнадцати.
Среди них Асгард просто получил шесть из них.
Асгард не знал, как много фрагментов собраны великанами и сколько еще они приобрели.
«Но он еще цельный».
Нельзя было разбудить мирового волка, который был в своем длинном сне. Они еще не собрали столько фрагментов.
Но они, безусловно, близки к этому. Если бы они достали даже один или два фрагмента, то самое опасное предсказание наверняка случится.
Тор почувствовал сомнение. Почему великаны разбудили Гарма, когда у них не было достаточно фрагментов души? Почему же они дали врагам понять тот факт, что собрали почти достаточно фрагментов?
«Тор! Улрь!»
Из-за спины раздался голос, и они оба поспешно развернулись. Хермод, младший брат двух и Бог ветра и вестей, поспешно приземлился на крепость. Он, у которого был вид юноши, сообщил двум Богам.
В Мидгарде.
Рев Гарма дошел дотуда, и великаны на фронтах начали двигаться.
—
Хугин и Мунин были в настоящее время в Мидгарде.
Два ворона передали Одину то, что они слышали и видели с неба.
В нескольких местах Мидгарда произошли изменения. Это было похоже на то, что произошло, когда был обнаружен фрагмент души Гармра.
Кроме того, на этот раз было не один или два осколка души. Было обнаружено сразу около пяти фрагментов души.
Расстояние между ними было огромное. Невозможно было найти и отвоевать все сразу только с воинами, которые были в Мидгарде.
Один, сидевший перед озером Мимира, посмотрел на истоки Мимира.
Голова Мимира, которая была на вершине широкого и чистого валуна, открыла рот и заговорила.
Это была история, которую он продолжал повторять уже давно, и она не сильно изменилось, но в нее добавилась переменная.
Один согласился. Несколько ворон помимо Хугина и Мунина рассказали ему о многих вещах, которые происходили в Мидгарде и Асгарде.
Великаны появлялись в Мидгарде. Теперь, когда фоморы исчезли, был только один человек, который мог сделать то, что было сделано.
Бог огня и обмана, Локи.
Один на мгновение сберег свои слова. Он п сказал с горькой улыбкой.
«Наконец-то это началось».
Пришло время.
Один встал с места. Он больше не сидел.
Гунгнир.
Копье Одина, которое хвастало абсолютной точностью. Сильное оружие, подходящее для Царя Богов.
Он слышал голос Фрейи, который искал его, и также были слышны голоса Тора и Хеймдалля.
Устье Мимира снова заговорило.
И на этот раз Один не ответил. Он посмотрел вдаль своим единственным глазом, а затем приложил роговую трубу, которую он носил на талии, ко рту.
Он был Богом войны, нежели Царем Богов.
Один протрубил в трубу.
Он объявил о начале войны.
Сотни лет миновали со времен Великой войны.
Довольно долго, даже для Богов, что жили веками, десятками веков. Для каждого по отдельности это быль лишь короткий промежуток, но не для всей расы.
Время неумолимо текло как для людей, так и для Богов.
Сотни лет.
Тридцать тысяч лет.
В то время Боги Асгарда и великаны Йотунхейма стояли на развалинах уничтоженной Эрин, глядя друг на друга.
Битва не закончилась. Просто не было больших войн, которые бы склонили чашу весов в одну сторону, но малые столкновения возникали то тут, то там.
Из-за этого великаны теперь активничают на фронтах. Морозные великаны всегда двигали войска десятки раз в год и постоянно провоцировали Асгард.
Но на этот раз все было немного иначе.
Дело было не только в том, что фрагменты души Гарма появились в связке.
Бог Грома, Тор, стоял на стенах передних линий и смотрел на великанов, и раздался громкий звук, который не уступал грохочущему грому.
Тор знал его голос.
Бог Охоты, Ульр, который стоял рядом с Тором, давным-давно также слышал его голос.
Бог вестей, Хермод, летел на ветру. Он летел в направлении звука восьминогих лошадей, Слейпнира.
Гермод вспомнил тот день, когда впервые услышал этот звук. Этот день был незабываемым.
Сто лет назад.
В тот день, когда король Муспельхейма, Суртур, сжег Эрин.
В тот день началась Великая война.
Звук роговой трубы сотрясал небо и землю, и он стал еще громче, когда он приблизился к Вальхалле.
Гермод оглянулся. Благодаря Слейпниру, коню, быстрее, чем ветер, стены передних линий скоро были на большом расстоянии.
Тем не менее, у Эрмода были глаза, которые могли видеть на тысячи миль, и он мог ясно видеть разворачивающиеся события на стенах.
Воины двигались. Они брали свое оружие и вставали рядами на стенах. Валькирии призвали этих воинов и подняли флаги своих легионов.
Тем не менее, Хермод сглотнул сухую слюну. Он решительно отвернул глаза от стен, поскольку на это было трудно смотреть.
Это было нечто подобное.
«Великая война».
Гермод больше не думал. Его глаза смотрели в сторону Вальхаллы.
—
Огромная крепость существовала на вершине радужного типа Биврёста, который соединял Асгард и Мидгард.
