Все выпрямились, повернулись к лесу. Я сказал:
– Спускайтесь в овраг, готовьтесь.
– Надо, чтобы каждый был на своем месте, – возразила Катя и повернулась к Анчару. – Командуй!
Он кивнул, удивленно оглядываясь, что-то промямлил и вдруг сел на корточки, обхватив голову руками.
– Что с тобой? – Катя шагнула к Командору, толкнула его в плечо. Анчар качнулся и что-то зло проворчал. Мы растерянно столпились вокруг него.
– Аслан, Карим, вы по краям оврага, – наконец решил я. – Аслан – сюда, с западной стороны, Карим с восточной.
– Мы вмес-сте, – свистящим шепотом протянул Аслан.
– Нет. – Я ткнул пальцем в другой конец оврага. – Туда иди. Вы не потеряете друг друга, если на двадцать шагов разойдетесь. Нешик, ты рядом с Асланом. Дальше Катя, я, за мной Хохолок. Слышишь? – Когда наемник согласно качнул головой, я продолжал: – Потом Алекс, Кирилл, Анчар, в конце Карим. Все всё поняли? Анчар, эй!
Он поднял голову – на лице поблескивали капельки пота, кожу стянуло на скулах, нос заострился. Командор выглядел больным.
– Да что с тобой такое? – удивилась Катя.
Он с трудом встал, распрямил плечи, прошамкал слабым, будто у старика, голосом: «Хорошо, правильно. Делайте, как он сказал», – и неловко полез в овраг.
Аслан что-то прошептал, спрыгнул и направился к другому концу расселины. Покончивший с ловушками Болотник прошел мимо меня.
– Мгла близко, – сказал он. – Артефакты вибрируют.
Овраг был глубиной мне по грудь. Я положил перед собой пластиковый ножик рыжей, который так и не отдал ей, и тяжелую палку. Все, другого оружия у меня не было. Справа устраивалась Катя, слева ворочался и пыхтел Хохолок. У него был «М-4» с десятью патронами в магазине. У Нешика и Кирилла боеприпасов к штурмовым винтовкам не осталось, только по несколько патронов в пистолетах. У Анчара и Кати не было оружия, зато близнецы сохранили по полтора магазина к «НК».
– Болотник, что будет, если это таки аномалия, и она наткнется на твои прутья? – громко, чтобы все слышали, спросил я.
– Ее энергия уйдет в землю, – пояснил следопыт. – Рассосется.
– Аномалия исчезнет?
– Может исчезнуть. – Голос стал громче, старик приближался вдоль оврага. – Если очень мощная, то хотя бы просто остановится.
– А если она нам мозги срастит, как тем ренегатам? – подала голос Катя.
– Не сможет, – раздалось сверху, и мы подняли головы. Присевший на корточки следопыт протягивал два зеленых кругляша. – Проглотите это. Остальным я уже раздал.
– Ну и что это такое? – Рыжая опасливо подставила ладонь.
Я тоже взял кругляш – он оказался почти горячим и неожиданно тяжелым. Состоит из спрессованных стеблей травы, комочков глины и тоненьких белых корешков. В центре виднелось крошечное черное зернышко.
– Сборка, – пояснил Болотник. – Я сам ее создал. Там черное зерно, улитки и толченый наст, артефакт мясоворота.
– Что за улитки? – спросила Катя брезгливо.
– Раздавленные улитки, артефакты слизистого пузыря. Это такая аномалия. Они хорошо действуют на мозги. Глотайте. Будут необычные ощущения – не обращайте внимания, пройдет. На время она не позволит никому и ничему захватить ваши мозги.
Пока он говорил, стало темнее, хотя до вечера было еще далеко. Следопыт оглянулся на деревья и поспешил обратно к своему месту в овраге. Переглянувшись с Катей, я сунул сборку в рот, и девушка сделала то же самое.
– Печет! – вдруг пожаловался Хохолок, уже съевший свою.
Во рту зашипело, запузырилось, и я поспешно проглотил кругляш. Горячий комок провалился в желудок, стал набухать, тяжелея. Я схватился за живот, Катя выругалась. Казалось, сейчас изо рта повалит дым, но комок из раскаленного вдруг стал холодным… И взорвался. Обжигающе-морозная волна рванулась вверх, заставив сердце лихорадочно колотиться, сошлась, как в горлышке воронки, к шее – и тугой струей ударила в голову. Я разинул рот и выпучил глаза. Стужа наполнила череп, мозг превратился в ледяного ежа – во все стороны торчали острые иглы мыслей. Все вокруг стало очень четким, ясным. Холод прошел, мысли прояснились, окружающий мир приобрел объем и глубину, зрение словно улучшилось в несколько раз.
– Кровосос тебе в зад! – пробормотала Катя, поворачиваясь ко мне. – Что это было?!
Следопытские штучки, – проворчал я. Собственный голос показался неприятно громким, а еще очень сочным, наполненным множеством интонаций, которые я не вкладывал в ответ; двумя словами я передал собеседнице бездну смысла.
– Он нам наркоту какую-то подсунул.
– Тихо, – шикнул я. Положив локти на землю, приподнялся и выглянул. – Что это?
Мгла была еще далеко, из леса к нам приближалось нечто другое. Незримая волна катилась, подминая кусты и деревья…
Все замолчали, когда над оврагом потемнело – будто дым от костра заклубился в воздухе.
– Что это? – спросил Кирилл, пряча головоломку в нагрудный карман и поднимая пистолет.
– Убери, – сказал я. – Присядьте все. Если Мгла не аномалия, а мутант, лучше, чтобы она не сразу заметила нас. Болотник, твои ловушки остановят мутанта?
Помолчав, он откликнулся:
