Но для чего этот отряд сюда прибыл, ещё и таким странным составом? Шаманки явно готовятся к чему-то важному, и незваным гостям не рады. Демьян с самого начала чуял — если бы не Дарина, их с Аскольдом сразу бы отправили в пропасть вслед за стылыми. Особенно старухи зыркали злобно, не скрываясь, и шушукались по углам, думая, что он не слышит.
Вот и сейчас те две, что караулили рядом с пещерой, переговаривались между собой на дикой смеси русского, татарского и ещё пары наречий. Впрочем, Демьян достаточно пожил в этих краях, чтобы распознавать почти любой диалект.
— Почему ей никто не скажет? Притащить мужиков прямо к святому месту… Совсем сдурела! — голос был шепелявый и дрожащий от злобы.
— Вот ты и скажи, чего ж ты? — ехидно отозвались ей в ответ. — А, притихла…
— Я на сборе не молчала, когда эту потаскуху старшей избрали! И что? Послушал меня кто-то? Вот теперь и расхлёбывайте!
— А что ей скажешь? Она сильнее, чем мы все, вместе взятые. Ты вон сама зубов не досчиталась, когда перечить ей вздумала. И ещё легко отделалась…
— Сильная — того не отнять. Но она же против обычаев идёт! Богов Зимы гневает! И это всем аукнется, помяни моё слово.
— Да уж. Стылые у самого капища… Видано ли такое…
— Они ещё вернутся, вот увидишь! А эта дура почти весь небесный огонь истратила.
— Тьфу, типун тебе на язык! К чему поминаешь, дура старая? Ещё и на ночь глядя…
Перепалка завершилась каким-то совсем уж неразборчивым шипением и звуками драки — похоже, старухи сцепились всерьёз. Подоспели другие соплеменницы, разняли их и оттащили подальше.
Демьян был только рад — ведьмы отвлекали его. Он пытался разобрать отголоски разговора, доносящиеся из дальнего шатра — того самого, куда ушёл Аскольд. Это было непросто даже с его звериным слухом — слишком много препятствий для звука, различить можно было только короткие обрывки фраз. Голос князя был сбивчивым и взволнованным. Казалось, он пытался в чём-то убедить шаманку. Та отвечала холодно и односложно, но иногда терпение её тоже иссякало, и прорывались гневные фразы.
Ты чужак…
Тебе не понять…
Ты всё портишь…
Демьян вздохнул. Знал, что так и будет.
Началось всё несколько лет назад, в одной из прошлых экспедицией Аскольда. Как раз когда погиб сын главного союзника Аскольда — князя Орлова. Рассорившись вдрызг, нефилимы разделились и выбирались из Сайберии поодиночке. Василевского, как и сейчас, сопровождал только Демьян.
Попали в жуткую метель, заплутали. Кое-как выбрались к какому-то затерянному посёлку недалеко от мелкого безымянного притока Ангары. Поселение было по сибирским меркам огромное, на несколько сотен человек, обустроенное вокруг столпа жар-камня высотой с добрую сосну. Такие места — настоящие оазисы посреди мерзлоты, и привлекают живность со всей округи. Там даже огороды разбивать можно, выращивая вполне привычные овощи и корнеплоды.
Даже странно, как этот оазис не обнаружили до этого — ближайший крупный острог на Енисее был всего в сотне вёрст. И разговаривало племя на смеси русского с каким-то местным наречьем, так что в основателях явно было немало выходцев из европейской части империи.
Впрочем, чему удивляться. Дебри в тех краях такие, что целый город укрыть можно… Да и чужаков то племя не жаловало. Если кто и забредал к ним — попросту не мог рассказать об этом. Так и оставался в тех краях, живым или мёртвым. И мёртвым куда чаще.
Аскольда спас его Дар. Целители везде в цене. Так что он не только жив остался, но и задержался в племени на добрых полгода. Тогда-то и завертелось у них с этой Дариной…
Демьян и тогда не покидал князя, хотя, признаться, несколько раз порывался уйти в тайгу. Ему это было бы несложно даже в одиночку, да и местные его не трогали — таких как он, здесь даже почитали как детей тенгри — духов леса и неба. Но бросать Аскольд одного Демьян не хотел. А тот ни в какую не хотел расставаться со своей зазнобой.
Даже выкрасть её пытался. Без толку. Дарина тогда была хоть и совсем молода, но Дар в ней уже проявился, и немалый. Такие в племени были на особом положении. Впрочем, она и сама бы никуда не пошла. И вся эта затея с возвращением сюда с самого начала казалась Демьяну блажью. Но разве ж Аскольда переспоришь…
Прошло четыре года. Василевский кое-как наскрёб денег на новую экспедицию, и они попытались, наконец, снова отыскать этот затерянный посёлок. Но он был словно заколдован. А может, и пуще того — проклят. По дороге они потеряли проводника, потом всех ездовых собак, две трети припасов. В итоге вышли-таки к цели пару недель назад. Но обнаружили на том месте лишь следы огромного пепелища.
Сгорело всё дотла. От столпа жар-камня тоже почти ничего не осталось. Возможно, он взорвался, и высвободившаяся энергия уничтожила и посёлок. Или же племя решило покинуть насиженное место и спалить за собой всё? До сих пор неясно. Но кое-какие следы выживших удалось отыскать. И одна из ниточек привела сюда.
