Интересно только, что повлияло на увеличение этого срока. Поглощенная у двух других нефилимов эдра? Или то, что я провёл с Истоминой довольно много времени? Или, может, её Дар проще удерживать, потому что он в целом не очень сильный? В конце концов, повлиять могло даже то, что я заглушил в себе её Дар, увёл его в этакий «спящий режим». Может, в таком состоянии он консервируется и удерживать его проще?
Вопросов много, и это только самые основные. Но ясно одно — Дар у меня полезный, но находится пока в зачаточном состоянии, его нужно развивать. А ещё — держать в тайне. Не думаю, что кому-то из Одарённых понравится такое вот подражательство.
Дар Велесова я уже по отработанной схеме тоже перевёл в «спящий режим». Я по-прежнему ощущал действие Аспекта Зверя, и мог развернуть его в полную силу за считанные секунды. Но сознательно заглушил пробивающуюся изнутри звериную суть и вампирский голод. Дар напоминал о себе разве что обострённым восприятием вкусов, звуков, запахов. Да и те я постарался приглушить до комфортного уровня.
Уха, к слову, оказалась на удивление вкусной. Уж не знаю, сама по себе или из-за того, что вкусовые рецепторы работали не совсем по-человечески. Быстро орудуя деревянной ложкой, я в два счёта опустошил тарелку. Добавки, правда, не дождался, так что налил себе большой стакан кваса и пил его вприкуску с хлебом.
— Так что вы там рассказывали про Орлова? — напомнил я Велесову. — Отец предупреждал меня держаться от них подальше.
— Сейчас-то да. Но лет тридцать назад они с Аристархом были не разлей вода.
— Из-за чего же поссорились? Это как-то связано с архивом Всеволода?
Демьян мрачно взглянул на меня из-под мохнатых бровей.
— А это, стало быть, он успел тебе рассказать?
— В самых общих чертах. И архив сам удалось унести. Он у меня с собой.
Новость эта Велесова, похоже, не обрадовала.
— Этот архив Аскольда и сгубил, — проворчал он. — И тебя сгубит. Это не тот случай, когда стоит идти по стопам отца.
— А он обещал, что вы поможете.
— Обещал, обещал… С мёртвых спросу нет, — проворчал Демьян. — На них легко ссылаться.
— Думаете, я вру?
Велесов смерил меня тяжёлым подозрительным взглядом, и выдержать его стоило большого труда. Но я всё же не отвернулся. Надо понять, что этот увалень собой представляет. И стоит ли вообще на него полагаться. Если нет — то надёжнее будет отыскать другое убежище.
— Упрям ты, как я погляжу. Прямо как сам Аскольд, — наконец, в сердцах отбросив ложку, проворчал Демьян. — Впрочем, яблоко от яблони…
— Вы не подумайте. Я на вас не давлю. Просто самому хочется побыстрее во всём разобраться.
— Может, завтра об этом поговорим?
Вот и князь так предлагал. А в итоге до следующего разговора попросту не дожил. Да и вообще, с утра мне уже нужно ехать к ректору Горного. Учебный год вот-вот начнётся. Какое число-то сегодня? Вроде бы двадцать девятое…
— Вы расскажите хотя бы вкратце. Что там у Аскольда с Орловыми приключилось?
Демьян шумно поскрёб заросшую длиннющими бакенбардами щёку, задумался, припоминая. Поднявшись, порылся в шкафах и выставил на стол тёмную квадратную бутыль и приметные стаканы — хрустальные, отделанные по донышку и по краю серебряными узорами, изображающими еловый лес и оленя, за которым тянулась погоня из стаи волков. В обстановке его избы они выглядели, будто из другого мира.
— Что ж, ладно. Заодно помянем Аскольда Витальевича. Да будет земля ему пухом.
Он налил в стаканы терпкой травяной настойки — примерно такой же меня потчевал сам Аскольд. Что-то вроде сибирского виски. Выпили не чокаясь. По второй Демьян наливать не стал. Уселся за стол и принялся рассказывать.
— С тех пор, как Аскольд нашёл те старые бумаги, он будто умом тронулся. Всё грезил, что с их помощью сможет повторить путь Ермака.
— Зачем?
— Вот и я у него спрашивал о том. Он верил в то, что сможет выяснить, куда пропало войско Ермака. И как открылось Око зимы. А может быть, и понять, как его можно закрыть. Говорил, что если не сделать этого, то еще лет через двести-триста уже и за Уралом лета не будет, вплоть до самой Балтии. А потом ещё немного — и вся земля будет скована льдом. И смерть настанет всему живому.
— В этом он, кажется, прав.
— Прав-то прав. И в своё время еще Пётр с первыми нефилимами Око зимы пытался отыскать и закрыть. Да только без толку это всё. Чем дальше расползается колдовская мерзлота, тем сложнее пробраться к её сердцевине. Ты видел сами карты-то? Чтобы добраться до мест, указанных Всеволодом, надо без малого две тысячи вёрст отшагать. И это по тайге, по горам. В жуткие морозы, когда сопли на ходу замерзают. И где твари живут вроде этой… А то и пострашнее.
Он кивнул на голову индрика, светящуюся в полутьме голубыми разводами.
— А Орлов тут причём?
