— Мы проведем с тобой четырнадцать сумасшедших дней, не спрашивая друг друга о личном. Будем знать только имена и все. Договорились? — эта безумная девчонка озорно улыбается и думает, что я соглашусь на ее авантюру. Но необычность предложения приятно щекочет нервишки, а желание обладать этой проказницей крепнет с каждой секундой.— А потом через две недели ты будешь по уши в меня влюблена, и уедешь домой с разбитым сердцем, — усмехаюсь, прищуриваясь.— Не исключал такой вариант, что это ты в меня влюбишься и будешь страдать? — сверкает глазами, нагибаясь ко мне.Тогда я исключил такой вариант. Не знал, что буду по ней сходить с ума. Буду искать по всему миру.ХЭ однотомникЦикл: КаюмВ тексте есть: одержимость, сложные отношения, эмоционально и чувственно на грани
Саит
В коридоре отеля ни души. Шаги заглушает красный ковер. Уверенно направляюсь к двери номера цифрами Дьявола. Три шестерки. На ходу достаю магнитный ключ. Прикладываю к замку, дверь бесшумно открывается. Захожу и следом за мной в номер просачиваются еще двое мужчин в темных костюмах. Переглядываемся между собой.
— Да, детка, давай! Да-да! Глубже! — слышится сбитый учащенным дыханием, приглушенный мужской голос из глубины номера. Усмехаюсь, не спеша иду на голос.
Захожу в спальню, перед глаза прелестная картина из порно-ролика. Стук двери об стенку заставляет парочку прерваться в занятии и замереть в своих позах. Не обращая на них никакого внимания, подхожу к креслу и сажусь. Извлекаю из внутреннего кармана пачку сигарет, медленно достаю одну. Прячу упаковку обратно, в руке появляется зажигался. Прикуриваю, прикрывая глаза, получая высшее наслаждение от напряженной обстановки в комнате. Втянув в себя никотиновый дым, выдыхаю его через ноздри, устремляя спокойный взгляд на застывшего голого мужика.
Самая главная опасность — это опасность в спокойствии твоего врага. Я как никогда спокоен. Даже умиротворен, словно пару часов назад позанимался йогой.
Никто не произносит ни слова, не слышно ни звука. Никто не дышит. Это молчание переплетается с напряжение в воздухе и шарахает мощным разрядом по нервам. Кто слабее, периодически вздрагивает. У страха глаза велики. Это истинная правда. И это чувство порой заставляет совершать необдуманные поступки, давать невыполнимые обещания.
Делаю еще одну затяжку, смотрю на кончик тлеющей сигареты. Слышу шорох, сразу же вскидываю глаза на того, кто посмел нарушить эту прекрасную тишину вокруг. Это была девка, ползущая на четвереньках в сторону двери. Милая, но не более, но разве девочки по вызову бывают красотками? Не видел. И не по доброй воде они себя продают.
Увидев, что я смотрю на нее, замирает. Кожей ощущаю ее первобытный страх, желание спасти свою невинную шкуру. Люди как забавные зверюшки. Вызывают умиление и дикое желание свернуть шею, если нарушают твое привычное существование.
Прищуриваюсь, хищно наблюдая за капелькой пота, стекающей по виску. Капелька медленно скользит к подбородку, зависает и вдруг падает вниз. Девушка шумно сглатывает, увидев мою ухмылку.
Перевожу взгляд на мужчину, который едва дышит и выглядит так, словно собрался отправиться на тот свет. Хмурюсь. Он мне нужен живым. Пока. Встаю с кресла, затянувшись еще раз сигаретой. Останавливаюсь перед ним, смотрю в испуганные глаза, на дрожащие бледные губы. Выдыхаю ему в лицо дым. Он кривится, храня молчание, вместо того, чтобы сейчас меня умолять его выслушать.
— Долг не оплачен. Ты развлекаешься с девочками по вызову, — смотрю на сигарету в руке. Еще одна затяжка и можно тушить. Улыбаюсь, показывая зубы.
— Наверное, тебя стоит поставить на счетчик. На проценты, — последняя затяжка, откидываю голову назад и выпускаю из рта колечки в потолок. Я не вижу, но чувствую, как должник вздрагивает.
— Я завтра все отдам! Честно слово! Завтра будут деньги!
— Твое завтра было вчера. Ты же прекрасно знаешь условия договора.
— Прошу, пожалуйста, дайте мне еще время! — мужчина падает передо мной на колени и цепляется руками за штанину. Меня передергивает от отвращения. Я дергаю ногой, отпихиваю потную руку от себя. Не люблю, когда меня трогают без спроса.
Каким-то образом его рука оказывается у меня под подошвой ботинка. На меня снизу жалобно смотрят, нагибаюсь. Выдыхаю дым в лицо, сильнее придавливаю ладонь под ботинком к полу. В номере раздается тихий вой. Раздавить бы как букашку, уничтожить, да не поймет за что.
Резко убираю ногу в сторону, не смотрю по сторонам. Мне больше здесь делать нечего, теперь «разговаривать» будут по-другому. Замираю на мгновение возле голой девушки, трясущейся то ли от холода, то ли от страха. Скорей второе, чем первое. Она поднимает глаза, затравленно на меня смотрит. Подтянув брюки, присаживаюсь рядом с ней на корточки. Беру девку за подбородок. Она пытается увернуться от моих прикосновений, но крепче сжимаю. Фиксирую голову, вглядываюсь в ее испуганные глаза с расширяющимся зрачком.
— Кому-то сболтнешь, лишишься языка. В лучшем случае. В худшем, тебя хрен кто найдет. Из-под земли достану, если узнаю, что ты открыла рот. Усекла?
Трясет головой. Усмехаюсь. Умная девочка, на лету схватывает главное. Нравятся мне малышки, до которых все доходит с первого раза.
Закрываю за собой дверь. Поправляю пиджак, смотрю по сторонам. Никого в коридоре нет, а камер тут не предусмотрено. Экономят, а мне меньше возни. Устранять улики очень муторно.
Спускаюсь по лестнице на первый этаж. Тихо, постояльцев нет. Сонный администратор на меня не смотрит, охрана вообще отсутствует на своем месте. На крыльце останавливаюсь, засовываю руки в карманы брюк и вдыхаю ночной воздух. Мне нравится ночь. Она не такая шумная как день.
— Отпустите меня! — слышу испуганный тоненький голос, словно ребенок пищит.
