вполне реальному для ал-Мас'уди <собирательному образу> могла относиться фраза о
войнах с румийцами, франками и ан-нукбард: борьба с румийцами - войны между
дунайскими болгарами и Византией, с франками - походы венгров на европейские страны, с ан-нукбард - набеги венгров же на Италию (если речь идет о лангобардах) или войны
дунайских болгар с кочевниками из причерноморских степей (если речь идет о тюрках).
Наиболее вероятной графической конъектурой в этом случае было бы ал-бургар37, под
каким именем дунайские болгары выступают в <Китаб ат-Танбих ва-л-Ишраф> [135, с. 6, 67, 182].
Таким образом, три правителя сакалиба - Алмуш, киевский князь или царь дунайских
болгар и правитель венгров. Такая компиляция появилась на основе неверных сведений
или ошибок ал-Мас'уди. Сведения об Алмуше восходят к какой-то, если судить по
написанию имени царя, искаженной передаче рассказа Ибн Фадлана. При этом ал-Мас'уди, видимо, включил это упоминание в свой трактат чисто механически, так как он не
идентифицирует 'л.дира с правителем волжских булгар. Фраза о войнах малик ал-ф.р.н.дж
составлена ал-Мас'уди и отражает его собственные представления о походах русов,
дунайских болгар или венгров. Рассказ о <правителе тюрок> появился, скорее всего, под
влиянием сведений о завоевании венграми Паннонии и покорении ими славян. Надо
заметить, что представления ал-Мас'уди о венграх были весьма смутны, ибо их походы в
Европе он приписыва-ет то объединенным силам венгров, башкир и печенегов [291, т. 1,с.
127], то, как отмечено выше, дунайским болгарам [291, т. 1, с. 114]. Такие расхождения
можно объяснить единственно тем, что ал-Мас'уди опирался на разные источники и
механически компилировал их данные. Думается, что и в данном случае ал-Мас'уди
следует за своими источниками. Имея сведения, что тюрки/венгры сильнее славян и
подчинили их себе, он изображает их сильнейшим народом сакалиба.
Несколько фрагментов, на примере которых можно видеть, какое понятие имел ал-Мас'уди
о сакалиба, обнаруживаются и в <Китаб ат-Танбих ва-л-Ишраф>. Весьма интересны
упоминания о сакалиба, живших в бассейнах крупных рек. В одном фрагменте ал-Мас'уди
сообщает, что сакалиба, а также другие северные народы живут на реке Тана'ис, текущей с
севера на юг и впадающей в море Бунтус, т.е. в Черное море, Понт [135, с. 67].
Идентификация этой реки весьма затруднительна, так как сведения ал-Мас'уди о ней
противоречивы. В <Мурудж аз-Захаб> ал-Мас'уди упоминает о реке Б.т.нан.с, несомненно, тождественной с Тана'ис <Китаб ат-Танбих ва-л-Ишраф>, но она впадает не в море
Бунтус, а в море Майутис, то есть в Азовское море, Меотиду [291, т. 1, с. 72]. Понятия о
Черном и Азовском морях тоже различны. В <Мурудж аз-Захаб> ал-Мас'уди сообщает, что
моря Бунтус и Майутис сообщаются между собой, а далее пишет, что они, по-видимому, представляют собой единое море, а под названиями Бунтус и Майутис он далее будет
разуметь оба [291, т. 1, с. 75]. В <Китаб ат-Танбих ва-л-Ишраф> ал-Мас'уди пишет о том
же совсем по-иному: Майутис - не море, а озеро, сообщающееся с Бунтусом. В то же
время о тождественности Бунтус и Майутис ал-Мас'уди говорит уже менее уверенно,
замечая лишь, что находятся люди, полагающие, что озеро Майутис и море Бунтус - одно
и то же море [135, с. 67].
Приведенные выше сведения показывают, что путаница у ал-Мас'уди возникает в связи с
его интерпретацией материала. Греческие названия рек и морей указывают на то, что
первоисточник информации следует искать в греческой географии. Придя к этому выводу, мы без труда распознаем начальные сведения ал-Мас'уди: Дон (Тана'ис) впадает в
Азовское море (Меотида, Майутис). Но у ал-Мас'уди этот рассказ приобретает со
временем другое звучание, и река в его изображении впадает не в Майутис, а в Бунтус.
Далее ал-Мас'уди сообщает, что Тана'ис вытекает на севере из большого озера [291, т. 1, с.
72]. Такая информация совершенно неприменима к Дону, но объяснима, если говорить о
Днепре. Выше отмечалось, что средневековые географы судили о течении рек по
маршрутам купцов. Путь <из варяг в греки> по Днепру наверняка был известен
мусульманским авторам. Некоторые купцы-русы начинали свой путь в Константинополь
от Ладожского озера. Именно путь от Ладоги до Черного моря породил, как
представляется, идею о существовании реки, текущей из большого озера с севера на юг и
впадающей в Черное море. Ал-Мас'уди, видимо, пытается отождествить ее с известным
ему по письменным, восходящим к греческим источникам Тана'исом, и в его изложении
появляется фантастическая река, сочетающая в себе черты Дона и Днепра. Заметим, что в
сакалиба, помещенными на берега Тана'иса, т.е. фактически Днепра, следует, разумеется, видеть славян Киевской Руси.
Другая река тоже впадает в море Бунтус; она называется Д.н.б.х, или, на <языке сакалиба> (би-с-саклабиййа), М.лава. На этой реке живут нам.джин и м.рава из сакалиба', на ней же
поселились принявшие христианство бургары [135, с. 67]. К описанию этой реки ал-
Мас'уди возвращается в другом месте; на этот раз он упоминает о реке, именуемой на
