Мы спустились по лестнице в небольшую столовую, расположенную недалеко от главного входа. Здесь все выглядело так, будто мы перенеслись на полвека назад, оказавшись в доме богатой пожилой леди. В центре находился темный камин с уставленной керамическими безделушками полкой. Время показывали старинные часы с медным маятником. Граммофон у окна проигрывал незнакомую мне мелодию. С десяток столиков были уставлены фарфором и украшены скатертями с оборками. За каждым сидели гости отеля, и самый младший из них выглядел лет на пятьдесят.
Стоило нам появиться в помещении, и разговоры мгновенно смолкли. Обернувшись в нашу сторону, присутствующие уставились на нас широко раскрытыми глазами. Настороженность выросла, словно возвели кирпичную стену. Они беспокоились, что мы будем шуметь и испортим их тихий ужин. Но тут в столовую буквально ворвалась Хелен, и вмиг разрушила эту стену.
– А вот и вы! Я так рада, что вы присоединились к нам. – Она провела нас к маленькому столику в центре комнаты и вручила меню. – Салат со стейком – сегодня блюдо дня. Подается с жареными кабачками. А на десерт, конечно же, персиковый пирог.
Я взглянул на Фиону.
– Звучит неплохо?
– Прекрасно.
– Давайте два, – произнес я, возвращая меню.
– Великолепно! Энни принесет вам напитки. – Хелен наклонилась над столом. – Мне приятно видеть здесь молодых людей. И пусть кое-кто смотрит с недовольством, но им это пойдет на пользу. – Указав пальцем на других посетителей, Хелен подмигнула. – Развлекайтесь, милые.
Мы с Фионой обменялись улыбками. Она положила салфетку себе на колени и потерлась подбородком о плечо. Окинув столовую пристальным взором, Фиона пробормотала себе под нос:
– И чего так на нас пялиться?
– Они просто любуются тобой, – уверил я.
– Здесь немного тесновато. Как ты себя чувствуешь?
Я потянулся через стол, и она взяла меня за руку. Тут же шепот и цвета постояльцев потускнели, и меня окутал покой, который могла дать только Фиона.
– Сейчас уже лучше.
Она сжала мою ладонь и не отпускала.
«Я не смогу ее отпустить…»
Эта внезапная мысль застала меня врасплох. Скорее даже напугала до чертиков. Я постарался отмахнуться от нее, поклявшись провести эту ночь со своей девушкой. Дать ей все, в чем она нуждалась. Все, чего желала. Все, что она заслуживала, и в чем ей было отказано. Воспоминание о том, как Фиона кричала в агонии, осталось шрамом на сердце. И пусть мне не избавить ее от этих страданий, но я мог подарить Фионе много хорошего, чтобы она вспоминала об этом, когда внутри поднимается боль.
Мы съели салат со стейком и отменно приготовленные кабачки. Блюда оказались невероятно вкусными. В разъездах я не пробовал ничего подобного.
– Похоже на домашнюю еду, – заметила Фиона. – В разъездах ты не часто с таким сталкивался?
Услышав из уст Фионы собственные мысли, я удивленно покосился на нее.
– Нет, не особо.
– Ты скучаешь по путешествиям? По покеру?
– Ни капельки.
– Думаешь, ты мог бы… бросить играть?
«Остаться?» – подобно эху донеслись до меня ее мысли. Я услышал их благодаря контакту наших переплетенных рук.
– Хочу, – медленно произнес я, – хочу… чего-то другого в жизни. Чего-то кроме бесконечной дороги, грязных подвалов и карточных игр.
Вокруг Фионы закружили образы зеленых джунглей и синего океана.
«Коста-Рика…»
У меня ускорился пульс в ожидании того, что последует дальше. Однако Фионой уже завладело напряжение невысказанного признания – истории о
«Больше не будет боли… не сегодня» – мысленно пообещал я, а вслух предложил:
– Идем танцевать.
Она моргнула.
– Танцевать? Здесь? Мы привлекли еще недостаточно внимания?
– Это для твоего списка желаний, – заявил я. – Ты когда-нибудь танцевала в переполненном обеденном зале перед толпой незнакомцев?
Фиона рассмеялась, и напряжение слегка отпустило ее.
– Но теперь, когда ты упомянул об этом…
Я встал и протянул ей руку. Фиона оглянулась на посетителей, снова обративших на нас взгляды.
– Серьезно?
– Не отталкивай меня на виду у всех, – попросил я.
– Я думала, ты не танцуешь. – Она протянула мне ладонь и медленно поднялась со стула. – Когда мы встретились в клубе…
– Не танцую, – подтвердил я, притягивая Фиону ближе. Прижал ее ладошку к области сердца и обхватил свою девушку за талию. – Но с тобой…
Фиона тут же склонила голову на мою грудь, и меня наполнили ее удовлетворение и облегчение. Словно теплая вода, они снимали усталость и расслабляли напряженные мышцы.
Присутствующие принялись перешептываться, но уже чувствуя их улыбки, я прикрыл веки и закружил свою девушку в танце.
– Николай, я никогда не делала этого раньше, – призналась она, уткнувшись в мою рубашку.
– Я тоже.
– Нет, я не о танцах, – пояснила Фиона. – Я о нас. Прежде я не испытывала ничего подобного.
– Так же, как и я.
Я ощутил, как она судорожно вдохнула и выдохнула.
– Я ведь уже упоминала, что мой последний роман закончился неудачно.
– Да, упоминала, – подтвердил я, крепче сжимая ее в объятиях.
– Ты не все знаешь.
– Да. – Я тяжело сглотнул. – Ты тоже, Фона.
Подняв голову, она посмотрела мне прямо в глаза.
– Мне страшно.
