– Сейчас следователю доложу, – вяло откликнулся оперативник, которому не было никакого дела до счастливо вернувшейся в дом коллекции Маслова. Прежде чем отправиться за следователем, он с осуждением добавил: – У нас тут второе убийство, а вы с такой ерундой.
– Я в курсе насчет убийства господина Маслова, – невозмутимо откликнулся представитель страховщика. – И все-таки позволю себе заметить, что многомиллионный иск к нашей компании – это совсем не ерунда.
Нина Федоровна, прислушивавшаяся к разговору, высоким голосом выкрикнула:
– Голубчик, идите скорее сюда! О каком подземном ходе к Круглому озеру идет речь?
Вдали послышались торопливые шаги, тяжело скрипнули половицы коридора, и в гостиную вошел Вениамин. Следом за страховщиком торопился, отдуваясь, шеф. Протиснувшись мимо сержанта и едва не опрокинув служивого со стула, Владимир Ильич прошел на середину оранжереи и впился в меня испытующим взглядом, стараясь угадать по моему лицу, что здесь происходит. А Вениамин Дудкин оптимистично начал:
– К нам поступили сведения, что в библиотеке этого дома есть подземный ход. Я с понятыми его обследовал и обнаружил пропавшую коллекцию.
Страховщик шагнул к ламберному столику и положил на него целлофановый пакет с чем-то тяжелым, громыхающим внутри. Но старуха даже не заглянула в пакет. Она поднялась с кресла и басом объявила:
– Не сомневаюсь, что ваш осведомитель наплел вам какую-то чушь! Это же надо такое придумать! Подземный ход! Показывайте, где этот ход! Кстати, кто вам о нем рассказал?
– Берта Лисанге рассказала, она представляет наши интересы, – бесхитростно улыбнулся страховщик, и Хренов, протяжно вздохнув от его глупости, закрыл лицо широкой пятерней.
– Вот как? А мне она представилась как подруга Виктории, – отчеканила старуха.
– Послушайте, любезная, – шагнул к Нине Федоровне шеф, не сводя напряженного взгляда со следователя Зотова, вынувшего из папки мой паспорт и внимательно его изучающего. – Одно другому не мешает. Консультанты страховой компании поехали в Ригу, нашли подругу погибшей Виктории Саулите и уговорили эту милую девушку, Берту Лисанге, помочь нам отыскать пропавшую коллекцию.
Произнося эту тираду задушевным, вкрадчивым голосом, Владимир Ильич как бы невзначай протянул руку и деликатно забрал паспорт из пальцев следователя. Тот слабо дернулся, но паспорт отдал. Шеф спрятал подложный документ в нагрудный карман черного френча и для надежности прижал карман рукой.
– Значит, случайная девица знает о подземном ходе в моем доме, а я не знаю, – старуха смерила меня недовольным взглядом. – И где же этот ход?
– Берта сейчас покажет, – с готовностью откликнулся страховщик.
Нина Федоровна первой устремилась к дверям, на ходу обращаясь к сотруднику прокуратуры:
– Господин следователь, не вздумайте мне препятствовать! Я должна своими глазами увидеть этот ход и пройти по нему до озера!
Затем обернулась ко мне и потребовала:
– А ты, Берта, или как тебя там на самом деле, обязана сказать, кто о нем поведал!
Я кинула взгляд на Наталью. Она застыла возле дверей бильярдной, откуда только что вышла, ни жива ни мертва. Лицо ее окаменело от страха, губы предательски дрожали, демонстрируя охватившее женщину волнение. Я молчала, не собираясь ее выдавать, однако старуха требовательно смотрела на меня, дожидаясь ответа. Максим, сидевший на подоконнике, буквально впился глазами в мое лицо, рассматривая меня так, точно видел первый раз в жизни. Пауза затягивалась. И вдруг блогер произнес:
– Это я просветил Берту насчет тайного хода.
– Ты знал? – изумилась старуха. – И давно?
– Всю свою жизнь. Мне отец показал. А ему дед.
– Почему же ты мне ничего не сказал, Максим?
– Ты шутишь, ба? – усмехнулся парень. – Этот ход специально был дедом выкопан, чтобы от тебя прятаться.
– Не внук, а выродок! – выдохнула старуха, устремляясь в библиотеку. – Не хочу тебя больше знать!
– Из внуков я уволен, – с трагическими нотками в голосе констатировал Маслов. И тут же с надеждой уточнил: – Может, ба, возьмешь меня в экономки, теперь ведь место вакантно?
– Дураком был, дураком и остался, – парировала Нина Федоровна. И, обернувшись к Светлане, погладила ее по руке. – Ты, Светик, его не слушай. Иди, кофейку себе свари. И конфетки достань, я знаю, ты любишь.
Макс сокрушенно покачал головой, проследив, как экономка поспешно скрылась на кухне, и побрел в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. А все остальные, за исключением насмерть перепуганной Натальи, так и оставшейся стоять в коридоре, двинулись смотреть на подземный ход. В библиотеке было прохладно и сумрачно. И вкусно пахло старой кожей и книжной пылью. Я приблизилась к нужному стеллажу, вынула первый том Толстого и, дождавшись, когда стеллаж отъедет в сторону, указала на открывшийся тоннель. Следователь Зотов нагнулся, потрогал рукой стальные ступени, ведущие куда-то вниз, и выдавил из себя:
– На совесть сработано, видно, что генерал Маслов привлекал для строительства профессионалов-стройбатовцев.
