— Акции не стоят остатка этой суммы! — взорвался я. — Только сегодня утром я купил вдвое большее количество акций за двадцать пять тысяч.
Рина поднялась и подошла ко мне. Взгляд ее был холоден.
— Послушай, Джонас, — произнесла она ледяным тоном. — Я все взвесила. По законам штата Невада, независимо от завещания, я имею право на треть всего имущества. Я смогу опротестовать завещание, как только захочу. И если даже я не добьюсь успеха, то все равно втяну тебя в судебные передряги лет на пять. И что тогда будет с твоими планами? — Я молча уставился на нее. — Если не веришь мне, спроси у своего адвоката, — добавила она.
— Ты уже опротестовала завещание?
— Да, черт возьми, я уже сделала это. Судья Хаскелл позвонил мне сразу, как только вернулся к себе.
Я глубоко вздохнул. Следовало предположить, что старый ублюдок не простит своего поражения.
— У меня нет таких денег, — сказал я, — и у компании тоже.
— Знаю, — ответила Рина. — Но я и об этом подумала. Я получу пятьдесят тысяч на следующий день после похорон, и компания выдаст мне вексель с обязательством выплачивать по десять тысяч в течение пяти лет.
Не требовалось советоваться с адвокатом, чтобы понять, как хорошо она осведомлена в данном вопросе.
— Хорошо, — сказал я, направляясь к двери. — Пойдем вниз, Макаллистер подготовит бумаги.
— Не могу, — снова улыбнулась Рина.
— Почему?
— Но ведь я в неглиже. Как может вдова Джонаса Корда в таком виде решать деловые вопросы? — Она вернулась к туалетному столику. — Когда бумаги будут готовы, пришли их сюда.
Было пять часов вечера, когда мы вышли из такси перед банком в деловой части Лос-Анджелеса. Мы направились в административное помещение, расположенное в задней части здания. Макаллистер провел меня в дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещен», и мы оказались в приемной.
— Мистер Макаллистер, — улыбнулась секретарша, — а мы думали вы в Неваде.
— Я был там, — ответил он. — Мистер Морони у себя?
— Я должна проверить. Иногда он уходит из офиса, не ставя меня в известность.
Она скрылась за другой дверью.
Я посмотрел на Макаллистера.
— Вот такая секретарша мне и нужна. У нее есть мозги и пышный бюст впридачу.
Он улыбнулся.
— Такие девушки получают семьдесят пять — восемьдесят долларов в неделю. Они не дешевы.
— Я буду платить за все, что мне нравится.
Секретарша, по-прежнему улыбаясь, появилась в дверях.
— Мистер Морони примет вас, мистер Макаллистер, — сказала она.
Я проследовал за ним в большой кабинет с отделанными темным деревом стенами. Посередине стоял громадный стол, за которым сидел маленький человек с проницательными темными глазами и волосами стального цвета. При нашем появлении он встал.
— Мистер Морони, это Джонас Корд, — представил меня Макаллистер.
Морони протянул руку, и я пожал ее. Это не была обычная мягкая рука банкира. Она была твердая и мозолистая, а рукопожатие крепкое. В этой руке чувствовался многолетний труд и отнюдь не за столом.
— Рад вас видеть, мистер Корд, — произнес он с легким итальянским акцентом.
— Я тоже, сэр, — вежливо ответил я.
Он подвелнас к креслам впереди стола, и мы уселись в них. Макаллистер сразу приступил к делу. Когда он закончил, Морони, сидевший за столом, слегка наклонился вперед и посмотрел на меня.
— Весьма сожалею о постигшей вас потере, — сказал он. — Судя по тому, что я слышал, ваш отец был очень необычным человеком.
— Это так, сэр, — кивнул я.
— Вы, конечно, понимаете, что его смерть несколько меняет дело?
— Мистер Морони, я не пытался вдаваться в технические детали этого вопроса, но мне казалось, что ссуда была предложена компании «Корд Эксплоузивз», а не моему отцу или мне.
Морони улыбнулся.
— Хороший банкир дает ссуду компаниям, но всегда имеет в виду людей, которые стоят за ними.
— У меня мало опыта, сэр, но я думаю, что для хорошего банкира главное получить надежное обеспечение под ссуду. Мне кажется, это было оговорено в соглашении между вами и мистером Макаллистером.
Улыбнувшись, Морони выпрямился в кресле и достал сигару. Он раскурил ее и посмотрел на меня сквозь клубы дыма.
Мистер Корд, скажите, пожалуйста, как вы представляете себе основную ответственность заемщика?
— Извлечь доход из ссуды.
Я сказал заемщика, мистер Корд, а не кредитора.
— Я понял вас, мистер Морони. Но если я чувствую, что не сумею извлечь доход из ссуды, которую вы собираетесь предоставить мне, то вообще нет смысла говорить об этом.
— И каким образом вы намерены получить этот доход? — спросил он. — Вы хорошо знаете свое дело?
— Не так хорошо, как должен бы. Безусловно, не так хорошо, как буду знать через неделю, через месяц, через год. Наступит завтра, а вместе с ним и новое время. Предоставятся новые возможности делать деньги, каких не было во времена моего отца. И я воспользуюсь этим.
— Мне кажется, вы возлагаете надежды на эту новую продукцию, оговоренную в германском контракте?
— Частично, — ответил я, хотя и не вспомнил об этом, пока он не напомнил.
— В какой степени вы знакомы с производством пластмасс?
— Довольно слабо, — признался я.
— А почему вы так уверены, что это стоящее дело?
