Генерал вперился в маленькую фигурку неподвижным взглядом и обдумывал интересное предложение. Алекс только растерянно подвис. Если у них нет колеса, то, возможно, и до осадных башен они не додумались. Ящеры тупые! Хотя возможно, с помощью своих зубатых прихвостней они воюют иначе, чем древние греки? Сканд поджал губы и удивленно хмыкнув, поставил фигурку на игровое поле.
— А это наследник, — Алекс поднял фигурку ферзя. — Это самая сильная фигура на поле. Он может ходить, как захочет. Прямо, по диагонали, назад или вперед, но только не как ящер…
— Наследник на поле боя? — Сканд хмыкнул и посмотрел на дом Пушана. — Ну ладно, предположим… А это?
— А это шах. — Алекс поднял свою фигурку. — Он самая слабая фигура и, хотя может ходить куда захочет, но только на одну клеточку. Все фигуры должны защищать своего шаха и нападать на шаха противника. Игра длится до тех пор, пока шаха не сместят с поля. Тогда говорят МАТ, и игра считается законченной.
— Но наследник станет шахом, — Сканд удивился, — значит, надо убить и его?
— Нет. Когда шах повержен, то игра закончена, а другой шах… — Алекс пожал плечами, — тогда уже будет другая игра.
— Разумно, — Сканд посмотрел на игровое поле и прищурился, — сыграем?
Алекс довольно улыбнулся и после нескольких ходов поставил Сканду «детский мат». Тот только недоуменно хлопал глазами.
— Это называется «детский мат», — пояснил Алекс и слегка улыбнулся.
Сканд смахнул со скамейки все фигуры и, прихватив рыжика за горло, приподнял в воздух и тряхнул со злостью.
— Считаешь меня ребенком? Опять издеваешься?
— Этот мат ставят каждому ребенку, когда начинают учить шахматам, — Алекс схватил ручищу генерала своими двумя в надежде ослабить хватку и цепляясь ногами за край скамейки. — Отец говорил, что первый выигрыш ничему не научит, а только даст иллюзию, что шахматы простая игра, а вот проигрыш заставит задуматься.
— Так ты вспомнил? — генерал встряхнул рыжика еще раз, а потом поставил на землю. — И что еще ты вспомнил?
— Ничего я не помню… — Рыжик потер шею, пытаясь унять боль. — Некоторые слова всплывают, разные вещи. Но я ничего не помню из прошлой жизни, я даже лиц не помню. О том, что у меня есть брат, я узнал только вчера. Вы зовете его Чача, а как его полное имя?
— Такой лживой ящерицы, как ты, мир никогда не видел, — Генерала перекосило от злобы. — Что еще говорил твой отец?
— Отец говорил, что ребенок может упасть, но он повзрослеет, только когда научится вставать. И всегда добавлял, что за одного битого двух небитых дают и поэтому не надо отчаиваться.
— Ну, за тебя тогда можно дать целый легион! — фыркнул Сканд и, презрительно передернув плечами, ушел.
Алекс собрал с земли разбросанные фигурки и попытался опять сосредоточиться на игре. Он и не знал, что у этого происшествия были зрители…
Спустя пару дней, когда Пушан отправился по своим делам, оставив Алекса дома, к рыжику подошло трое милых юношей. Неизвестно, кого именно хотели их родители, когда, хм… высиживали эти яйца, но они были похожи скорее на девушек, и принадлежность к мужскому полу можно было определить по их небольшим членам, которые явно просвечивали через полупрозрачные шаровары. Алекс посмотрел на них более внимательно. Кроме полупрозрачных шаровар, на них было только несколько браслетов и сережки. И все..
По всей видимости, это были те самые наложники, которые с таким восторгом и визгами каждый раз встречали Пушана в гареме. За их спинами переминались лысые рабы с ошейниками как у самого Алекса. Наложники перешептывались и осторожно приближались к Алексу, спокойно сидящему на своей скамейке.
— Ты ведь Качшени? — поинтересовался самый храбрый. Алекс только молча кивнул головой, это приободрило всю стеснительную компанию. Паренек сделал еще один шажок вперед и уточнил, — это правда, что ты отказался выходить замуж за Пушана? — Получив еще один кивок от рыжика, они спросили хором, как будто заранее репетировали: — ты что, совсем глупая ящерица?
Алекс в ответ только рассмеялся, уж больно смешно выглядели и они, и их перепуганные рабы.
— Теперь жалеешь, да? — осторожно присел на скамейку самый храбрый.
— Конечно, жалеет, — ответил за Алекса второй. — Он же теперь простой раб!
— Не простой… — глубокомысленно заметил третий. — Хозяин его так и не побрил! Зачем он оставил ему волосы?
— Чтобы наказать, — подсказал Алекс.
— Как можно наказать красотой? — удивился первый паренек.
Алекс невольно сравнил свои волосы, их действительно было больше, чем у всей компании, вместе взятой. Пока он рассматривал ребят, третий наложник хитро прищурился, а потом ударил себя по плечу с такой силой, что на тонкой коже остался след.
— Ай! — вдруг завопил третий наложник. — Зачем ты меня ударил? — А потом посмотрел на своих друзей и подмигнул им, — вы видели? Он меня ударил! Ой-ой-ой, как больно! Вы видели? Мы сидели, разговаривали, а потом он бросился на меня и ударил!
— Да! — обрадовался первый, — я видел! Да этот Качшени просто бешеная ящерица!
