Тиро кивнул Сканду и скомандовал охранникам, чтобы те подхватили котлы с кашей для того, чтобы отнести ее на площадь перед ратушей. Ворота открыли, и монахи недовольно засвистели, увидав Лекса в седле. Но Сканду было все равно до настроений монахов, он стегнул Шу, отправляя его в путь на площадь. Лекс молча следовал за мужем. Монахи подобрали рясы и помчались следом. Когда они выскочили на площадь перед ратушей, там было полно народу. В основном, мужчины, но под стеной Лекс заметил худую женщину с двумя детьми, он не раздумывая отвязал свой мешок с провизией и бросил ей в руки.
— Всех не накормишь, — Сканд недовольно поджал губы, когда увидел, кому досталась еда, а потом оглядел толпу мужчин. Он обратился к народу с речью, что сезон штормов закончен, вскоре императоры вернутся в город и начнется праздник нового года. И для этого надо привести город в порядок как можно быстрее. Люди Тиро внесли на площадь казаны с еще дымящейся кашей и Сканд сказал, что сегодня аристократы поделятся едой со своих столов с плебсом и надеются, что это поддержит народ до начала праздников.
Люди довольно зашумели и охрана с короткими дубинками стала выстраивать очередь, чтобы избежать давки и беспорядков. Сканд тем временем развернул ящера и кивнул мужу, чтобы он следовал за ним. Лекс только наблюдал, как монахи увеличили скорость, пытаясь не отставать от ящеров. Сжалившись над беднягами, он притормозил и, схватив за шиворот ближайшего, шепнул в темень капюшона:
— Мы отправляемся в имение, а потом в старый город. Но вы, скорее всего, догоните нас в имении. Возьмите своих ящеров и не нервируйте Сканда.
Монахи проводили генерала и избранного до городских стен и остановились, когда Сканд стегнул Шу, вырвавшись из городских ворот. Лекс не сомневался, что монахи их догонят еще до имения, но ошибся. Сканд явно торопился и подстегивал Шу, как будто участвовал в гонках. Зато прокатиться с ветерком, это было прекрасно! Они домчались до имения, казалось, за минуту! Вот они только выехали из города, а вот Сканд стучит в ворота имения и рычит, чтобы быстрее открыли.
Лекс был рад, когда Тара прижала его к своему бюсту. Как будто родную тетушку встретил! Тара набросилась с расспросами, как у них дела, все ли в порядке и как там поживают ее дочери. Лекс, втиснутый между двух грудей, полупридушенно пищал, что все в порядке и порывался вырваться на свободу. Но Тара его отпустила, только когда он ей дал подробный отчет, как они провели сезон. Пришлось рассказать о свадьбе Козюля, соседстве Лейшана и горящем очаге на кухне.
Тара потребовала пояснений, как в сезон штормов, когда дождь заливал все на свете, можно было топить камин? Но Сканд только махнул рукой и недовольно рыкнул. Он приехал сюда не за тем, чтобы рассказывать, а за тем, чтобы услышать самому, как дела и где ТЕ ЛЮДИ, которые приехали сюда до начала сезона. ТЕ ЛЮДИ обнаружились в холодной кузне. Они спали одной кучей, накрывшись плащами и пустыми мешками. Когда Сканд рванул дверь, они только растерянно заморгали глазами, пытаясь спросонья сообразить, что происходит.
Но стоило спросить о мечах, как в глазах мастеров появилась мысль, и они довольно заулыбались. Оказывается, они спали не просто вместе, но и на новых мечах, естественно, уже «одетых» в ножны. Так они были точно уверены, что ни один воришка не сможет украсть восхитительные, божественные мечи. Куча сонных тел распалась на четыре тушки и каждый мастер достал «свой» меч. У Сканда даже руки затряслись от возбуждения. Лекс в этот момент испытал укол ревности, на него самого у здоровяка руки так не трясутся, а из-за дурацких железячек у амбала едва слюни не текут от вожделения. Вот ведь, зараза! Но потом одернул себя, это ведь глупо ревновать к оружию… но все равно…
Сканд обнажил первый меч, он уже видел его в первый приезд, и сейчас хотел убедиться, что все правильно запомнил в прошлый раз. Мастера обнажили остальные мечи, как девиц на рынке рабов, и каждый стал нахваливать меч в своих руках. Они уже успели испробовать их, пока было свободное время. И хотя сравнение было только с бронзовыми мечами, а не друг с другом, но показатели были восхитительными. Сканд налюбовался на первый меч и, взмахнув им пару раз, вогнал в ножны и передал Лексу.
