Но стоило расставить фигуры, как раздался свист хлыстов и первые вопли повисли в воздухе. Как-то раньше Лекс их воспринимал с трудом, но сегодня, когда слова всколыхнули воспоминания, слышать (хоть и в отдалении) специфические звуки и, главное, вопли несчастных, было невероятно трудно. И еще напрягал тревожный вид Ламиля. Ребенок был явно расстроен и рассеян, он кусал губы и морщился каждый раз, когда на улице кричали.
- Это Рикки бьют? - не выдержал малыш, - но ведь он хороший! Он мне нравится, такой внимательный и вчера такую красивую прическу мне сделал! Видишь? - Ламиль потрогал сцементированные маслом букли, - и пахнут вкусно, и не лохматятся! Надо сказать Сканду, чтобы он перестал обижать Рикки и остальных слуг, они ведь не воры и ничего плохого не делали, - у Ламиля глаза блестели скорыми слезами, которые уже дрожали на ресницах, - Мой, ну пойди и сделай что-нибудь, пусть им перестанут делать больно!
И тут Лекс услышал тонкий крик «сыночек!» и не выдержал. Нервы и так были на пределе, а тут это… Он метнулся на улицу и, добежав до врытых столбов, успел перехватить хлыст. Руку обожгло резкой болью, а Сканд вскрикнул, как будто его ударили.
- Зачем? Все в порядке, - Сканд жестом остановил палача, который теперь сам стоял бледный и не знал, что делать, - зачем ты здесь?
- Сканд, я так больше не могу, - сознался рыжик и вцепился в мужа целой рукой, - я не могу больше слышать, как людей истязают. Да, я понимаю, что иначе нельзя, и надо было добиться правдивых ответов, чтобы спасти своих людей, но я так больше не могу! Это все слишком для меня. А теперь еще и Ламиль сидит с мокрыми глазами, и я не знаю, что ему сказать и как утешить. Разреши, мы с Ламилем уедем в следующий лагерь и там тебя дождемся.
- Нет, - Сканд сразу уперся и выставил вперед челюсть, - я не могу отправиться дальше и не выяснить, кто за всем этим стоит. Монахов нет, Зи и Зу вместе с ними гоняются за лжеторговцами и раньше, чем через пару дней, не появятся. А выяснить надо как можно быстрее. Пока возможный сообщник здесь. И отложить допрос не могу, потому что предателя могут по-тихому прирезать свои, чтобы он не сболтнул лишнего. Лекс, ты разумный человек и сам все понимаешь!
- Я все понимаю, честное слово, вот уже третий день все понимаю! - Лекс почти кричал, - НО Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! У меня сердце разорвется от боли!
- Тише, тише, мой хороший, - Сканд сграбастал его в объятия и гладил как ребенка, пытаясь успокоить, - ладно, провожу тебя и Ламиля до следующей ставки. Все же, война, она не для нежных младших. Прости, что стал свидетелем всего этого. Но это реальная жизнь, а не мечты на скамейке под цветущей яблоней о добром и хорошем для всех в обществе. В реальном мире есть подлецы и предатели, и я согласен испачкать свои руки по локоть в крови и дерьме, лишь бы тебя и Ламиля это не коснулось.
- Спасибо, - Лекс прижался к мужу, - спасибо тебе за эту стойкость и прости мне эту истерику. Разреши нам с Ламилем уехать. И провожать нас не надо. Хватит и пары человек для охраны. Вон, твои адъютанты мотаются туда-сюда, а ведь они молодые воины. Ты же к ним охрану не приставляешь? Мы с Ламилем отправимся без тебя. Я свои сундуки оставлю под твоей охраной, пока монахи не приедут. Они вернутся, и тогда переправишь сундуки с ними, хотя, я надеюсь, что к тому времени ты уже выяснишь, что надо, и приедешь сам. Ну, подумаешь, мы переедем в новую ставку на пару дней раньше тебя. Я уверен, что человек Дайриса там все уже обустроил.
- Я не могу отправить тебя с Ламилем одного, - Сканд насторожился, - давай, я вынесу столбы экзекуции за пределы лагеря и ты не будешь всего слышать.
- Ты можешь отправить пару легатов с нами, - пожал плечами Лекс, - и потом, мы поедем вдоль войска. Я возьму с собой Аши, ты же знаешь, он хороший боец и его все в армии знают. И меня все опознают и по цвету волос, и по Аши рядом. Так что, не вижу причин для паники. Мы будем ехать тихой рысью. Остановимся пообедать и отдохнуть у котлов легиона. Вон легат Корнелий проводит нас вдоль своего легиона и передаст из рук в руки следующему легату. Можно будет сообщить при помощи зеркал, что я отправляюсь в следующую ставку и чтобы меня встретили и проводили. Ну, что может с нами случиться? Ты же сам знаешь, что лучшее лекарство от сердечных мук – это отправиться в дорогу. Нас с Ламилем это отвлечет и развлечет. Может у нас быть маленькое приключение?
- А может, отправить вас в паланкине? - Сканд потер подбородок, - вот вам и приключение, и дорога, и комфорт согласно вашему статусу. Поедете потихоньку, будете по дороге в окно смотреть и в шахматы играть.
- А ночевать под открытым небом в окружении посторонних мужчин? - Лекс скривился, - отдавай тогда Рикки и слуг, и тех монахов, что были с нами с самого начала похода.
