Гарри узнает правду о своих близких и, разочаровавшись, уходит на площадь Гриммо, где начинает изучать традиции чистокровных. Там он проводит ритуал и оказывается в теле первого сына Люциуса и Нарциссы, которого скрывают от общественности из-за его недуга.
========== Часть 1 ==========
В доме Малфоев был праздник: родились целых два наследника, что в мире магии очень редко. Нарцисса - мать близнецов, была довольна собой. Она выполнила свой материнский долг и теперь имела все права на спокойную светскую жизнь. Ах, как она давно не была на приемах! А все эти дети! В тяжелом положении нельзя было перенапрягаться и пользоваться магией. Ну и что, что она пользовалась магией, пока не видел Люциус, и ведь родились целых ДВА ребенка.
Люциус был счастлив. Каким бы Малфоем до мозга костей он не был, но дети для него всегда были святым. Близнецы, его дети, молодому отцу для счастья ничего больше не нужно. Но этому празднику суждено было омрачиться после первых же диагностических чар, наложенных на детей колдомедиком, выяснилось, что у первенца сильная недоразвитость: повреждение магического ядра, вследствие чего, есть шанс, что мальчик не сможет колдовать.
Люциус был безутешен. Это позор, клеймо и конец репутации рода. Его сын почти сквиб. И хуже того - Нарциссе на мальчика было наплевать! На сына, их сына. Он всегда знал, что его жена - та еще змея, но чтобы предлагать выбросить мальчика! Нет, его сын будет жить с ними. Люциус сделает все для того, чтобы сын выздоровел.
***
Прошло одиннадцать лет. Многое изменилось. Остыли те немногие чувства, что были между Нарциссой и Люциусом. Драко вырос и уже готовился поступать в Хогвартс, и лишь одно оставалось неизменным: Салазар, старший из сыновей, психически оставался полугодовалым. Он агукал, плакал, писался и ничто не помогало. Люциус потратил кругленькую сумму на лечение мальчика, но никто не мог помочь. Даже магглы развели руками. Нарцисса, в отличие от мужа, на тему первенца даже не заморачивалась. Для нее его не было. Да и второго сына, в принципе, тоже, так, сожитель. Для младшего из сыновей старший был позором. Единственные чувства, которые тот испытывал к Салазару, были презрение и стыд. Он не хотел иметь такого брата. Часто он думал, что лучше бы Салазар не родился. Также часто говорила и мамочка. Как жаль, что она все время занята.
***
Сегодня был десятый день с момента отъезда Малфоя-младшего в Хогвартс. Люциус как всегда встал рано: нужно было успеть прийти в «детскую» до того, как проснется Салазар. Его мальчик уже говорил не только «агу», но и «уа», прогресс! Хоть это и было не столь радостно, но для Люциуса это была надежда. На что, он и сам не знал, но все же, он надеялся.
Дверь тихо отворилась, на кровати лежал мальчик лет девяти с виду, но на деле одиннадцатилетний. У него было красивое лицо, светлые волосы и серые глаза, которые пока что были закрыты. Люциус успел вовремя: сын еще спал, а значит, когда проснется, то сразу окажется в заботливых руках отца. Эх, еще бы Нарцисса была любящей матерью, а не светской стервятницей. Ну, да ладно. Для Салазара ведь нет разницы, кто рядом с ним, он ведь даже его не узнает.
Люциус усмехнулся: “И зачем он вылечил магическое ядро сына, если знал, что это не поможет?” Но надежда заставляла пытаться вернуть сыну разум снова и снова. И так хочется верить, что это не напрасно.
Мальчик на постели заворочался, и Люциус, сбросив оцепенение мыслей, подошел к кровати сына: нужно было быстро наложить омывающие чары.
Серые глаза ребенка открылись и посмотрели на отца ясным и разумным взглядом. Люциус недоверчиво смотрел в эти глаза, которые были всегда пустыми. Неужели мальчик выздоравливает? Или это все же бред воспаленного от бесконечной заботы разума?
Губы, не привыкшие к словам, попытались сложить хоть что-то членораздельное из тех звуков, что могло выдать нетренированное детское горло. Вышло только, что-то отдельно похожее на «аппа», но для Малфоя это было неземное счастье: сын выздоравливает.
В тот же день Люциус сообщил Нарциссе радостную весть, на что та только фыркнула и сказала, что «счастливый отец» совсем с катушек съехал. Тогда лорд впервые задумался, а не много ли на себя берет “его леди” ?
Через неделю, войдя в «детскую», Люциус застал Салазара сидящим. До этого мальчик только лежал и вертелся с боку на бок. Теперь отец точно был уверен: сын идет на поправку.
Спустя еще неделю его встретили почти не исковерканным «папа». В тот день Люциус Малфой искренне уверовал в Чудеса, настоящие чудеса.
Сентябрь кончился, и уже Салазар, на пару с отцом, сидит на кровати и разучивает звучание слов. Уже были предприняты робкие попытки есть самостоятельно, но ложка не желала держаться нормально.
