– Прибыли к нам издалека? – спрашивает она, с любопытством дотрагиваясь до розоватых губ длинным крашеным ноготком. Её кожа настолько розовая, что кажется, будто она много лет подряд ела исключительно розовые лепестки и это в итоге изменило цвет её лица.
– Я Джек Скеллингтон, – сообщает мой муж, протягивая руку незнакомке. – Тыквенный король из города Хеллоуина. А это моя жена Салли, Тыквенная королева.
– Да-да, чудесно, – рассеянно отвечает дама, не обращая никакого внимания на его повисшую в воздухе руку, словно ей совершенно безразлично, кто мы такие и зачем прибыли. Ей явно гораздо интереснее говорить о себе. – Я Руби Валентино, и это мой город.
Она изящно раскидывает в стороны свои длинные руки и приседает в изысканном реверансе. Я искренне восхищена тем, как уверенно она держится. Её манеры, наряд, даже черты лица с идеально расположенными веснушками, буквально всё – образец того, как, по моим представлениям, должна выглядеть и вести себя настоящая королева. А вот я рядом с ней чувствую себя совсем не по-королевски.
– Это наш первый визит в город Дня всех влюблённых, – приветливо отвечает Джек. Его плечи расслаблены, голос совершенно спокоен. Кажется, моего мужа встреча с такой благородной дамой совсем не смущает.
Правда, Руби уже не смотрит на нас.
– Ах! – восклицает она. – Кровоточащее сердце! Пауло! Пауло, я же просила вырывать их, как только начнут расти.
Из-за её спины выскакивает худой высокий мужчина. Вид у него такой, будто он стоял там, притаившись, и только и ждал, когда Руби отдаст ему приказ. На нём рабочий фартук, соломенная шляпа и светлые брюки, в перепачканной землёй руке он сжимает садовые ножницы.
– Прошу прощения, ваше королевское величество! Наверное, пропустил.
Руби грациозно склоняется к земле, несмотря на пышное платье и высокие каблуки, и срывает маленький цветок с кроваво-красной сердцевиной, пробившийся между каменной брусчаткой, окружающей фонтан. Поднявшись, она держит цветок так, чтобы мы смогли его рассмотреть.
– Нельзя, чтобы кровавые сердца росли так близко к фонтану, – произносит она с плохо скрываемой брезгливостью.
Я с удивлением гляжу на безобидный на вид цветок, зажатый в её пальцах, и пытаюсь сформулировать вопрос, как ребёнок, стесняющийся заговорить.
– Но почему? – наконец неуверенно спрашиваю я. Вряд ли мой тон под стать королеве.
Руби бросает на меня быстрый взгляд, черты её лица чуть смягчаются.
– Дело в том, что купидоны макают стрелы в фонтан, – произносит она таким тоном, будто я непременно должна была это знать. Я снова смотрю на спокойную водную гладь, искорки света розоватыми бриллиантами поблёскивают на её поверхности. – Любовный эликсир поступает в него из подземного источника. – Она приподнимает свои идеально выщипанные брови. – Если цветок кровоточащего сердца отравит фонтан, то все, кто в День святого Валентина будут поражены стрелой купидона, обретут не любовь, а разбитое сердце.
Она бросает бутон на землю и топчет его леденцово-красной туфлей на высоком каблуке. Когда она убирает ногу, Пауло, который стоит рядом и едва ли не дрожит, желая исполнить малейшую её прихоть, быстро выбегает вперёд и поднимает расплющенный цветок.
– Сейчас же сожгу его, – говорит он и исчезает.
С довольной улыбкой Руби вновь возвращается вниманием к нам с Джеком.
– Уже решили, где остановитесь на ночь?
Джек откашливается:
– Пока нет.
– Идите за мной, – торжественно произносит она. Её голос настолько мелодичен, что может показаться, будто прекрасная певчая птица свила гнездо у неё в горле. Руби уводит нас от фонтана.
Сначала мы проходим несколько кафе, рядом с которыми витает уютный аромат свежей выпечки, затем приёмную зубного врача – в окне висит рекламное объявление, обещающее «Лечение всего за полцены», а затем более мелким шрифтом «Бесплатный леденец за каждый удалённый зуб». Люди, которые проходят мимо, – все с большими глазами и пухлыми щёчками – держатся парами. Их пальцы переплетены, и они то и дело шепчут друг другу на ушко разные нежные глупости. Большинство столиков в кафе тоже заняты воркующими парочками, которые явно не в силах оторваться друг от друга. В петлицах у мужчин тюльпаны, а у дам в волосы вплетены полевые цветы.
Любовь пропитала каждый шов и стежок этого города. Она неизбежна. И я чувствую, как от всего этого иссохшие листья в моей груди начинают наполняться весенней истомой.
Мы проходим ещё квартал, и Руби останавливается перед невысоким кирпичным зданием. Над нами покачивается деревянная вывеска с надписью «Любовное гнёздышко».
– Подождите здесь, – говорит она, весело подмигивает и исчезает за дверью. Спустя мгновение она возвращается с серебряным ключом. – Можете остановиться в одном из коттеджей позади. Там есть всё необходимое. Уверена, вам понравится.
Джек с благодарной улыбкой берёт ключ:
– Прекрасно! Спасибо.
Руби поправляет выбившуюся из причёски прядь волнистых волос и вдруг хмурится, глядя куда-то вверх.
– Летите отсюда! – громко приказывает она.
Тоже подняв глаза, я вижу порхающих над нами крылатых малышей. Они весело хохочут и исчезают вдали.
