Она обернулась и увидела того самого парня из-за; столика напротив, который улыбнулся ей перед уходом из ресторана.
— Приготовьтесь к потрясению, — сказала Анна, на которую сегодня явно напал стих. — Мне тридцать четыре года.
— Как вы можете думать о своих преклонных годах в такой вечер? — усмехнулся незнакомец.
Анна посмотрела на него повнимательнее.
Больше двадцати пяти никак не дашь. Однако видно, что у него тренированное тело, что он силен и плюс ко всему на голову выше ее. Лицо изначально простецкое, но умные глаза все меняют. Так пусть прогуляется с ней, раз он такой приятный и ему этого хочется.
— Я только что разорвала давние отношения, — сообщила она, обнимая себя руками за плечи.
— А зачем?
— Сама не знаю.
— Отношения должны служить народу. А не наоборот. Кстати, меня зовут Денис. А вас?
— Анна.
— Это как-то уж.., бр-р.., холодно. Можно, я буду звать вас Аннушкой?
— А я вас Дениской.
— Тогда Анютой.
— А я вас… Господи, как вас еще можно назвать? Имя у вас какое-то неинтересное.
— Ну, спасибо.
— А сколько вам лет? — не унималась Анна.
— Есть разница? — поинтересовался Денис.
— Конечно. Как только вы скажете правду, я тотчас же почувствую себя старухой.
— Тогда я совру.
Они спустились к Большому театру и остановились в сквере возле скамейки.
— Вы курите? — спросил Денис.
— Нет.
— Не возражаете, если я закурю?
— Курите на здоровье.
— Что такое здоровье? Миг между посещениями врачей. Не успеваешь этим мигом насладиться.
— Господи, мне попался философ! — Анна закрыла глаза и сделала еще несколько глубоких вдохов.
— Начинаете переживать расставание? — спросил Денис, затягиваясь. — Может быть, сходим в какой-нибудь другой ресторан, чтобы сбить впечатление?
— Не хочу, — покачала головой Анна. — Сейчас вы докурите, и я поеду домой.
— Вас кто-то ждет? — спросил Денис, щуря на нее свои голубые глаза.
Анна усмехнулась и посмотрела на него внимательнее. Короткая светлая челка, стоит, покусывает губу, ни тени наглости, но и ни тени неловкости. Простой, но не дурак. Умный, но не хитрый. Хороший. Только ужасно молодой.
Она не стала сообщать ему, что у нее нет ни детей, ни мужа. Для него это прозвучало бы довольно привлекательно. Вместо этого Анна спросила:
— Денис, и все-таки — вам сколько лет?
— Достаточно, чтобы ваши тридцать четыре меня не испугали, — мгновенно ответил он, как будто ждал подобного вопроса.
Анна рассмеялась, раскинула руки и покружилась на месте. Она, такая респектабельная, у которой туча серьезных знакомых, а все дни расписаны под завязку, стоит в сквере с каким-то почти что подростком, который явно положил на нее глаз. Уму непостижимо!
— Чем же вы занимаетесь? — задала она новый вопрос.
Денис, почувствовав, что на самом деле ей совсем не любопытно, коротко ответил:
— Я учитель.
— Ой, совсем не похож.
— Почему вы не носите обручальное кольцо? — быстро спросил Денис.
Анна вытянула вперед руки:
— Вообще не люблю кольца. Видите — никаких не ношу.
— Одно изящное кольцо вам бы подошло.
Анна пожала плечами, потом поежилась:
— Я замерзла. Поймаете мне машину?
— Может быть, прогуляемся еще немного? — предложил Денис. — Хотя бы пятнадцать минут.
— Почему именно пятнадцать? — вскинула брови Анна.
— Хватит времени вернуться ко входу в ресторан. Там моя машина. И я с удовольствием отвезу вас домой.
— Что же вы сразу не сказали, что вы на машине, странный вы человек? Шли за мной, в неизвестном направлении…
— Мне очень хотелось познакомиться, — улыбнулся Денис. — Не думаю, что вас это так уж сильно удивляет.
— Мудрец, — сказала Анна. — Ну хорошо, пойдемте. Я даже возьму вас под руку Сегодня у меня день странных поступков.
— Анюта позвонила, сказала, что сегодня снова не придет, — сообщила Женя, как только Саша Еланская вошла в кабинет. — Так что можешь располагаться за ее столом и пахать.
— Естественно, она не придет. Ведь Карабасов в Москве. У них любовный заплыв. Как ты думаешь, Карабасов действительно в нее влюблен? Или ему просто удобно?
— Шут его знает. Кажется, ты о нем не слишком высокого мнения, — усмехнулась Женя.
— Он обо мне тоже.
— Еще бы. В тот единственный раз, когда мы ужинали все вместе, ты ощипала его, словно повар курицу, только пух и перья летели.
— Ради Анюты я была весьма лояльна.
— Помнишь, я схватила тебя за коленку под столом, а ты подумала, что это Карабасов распускает руки, и с таким чувством сказала, глядя ему прямо в глаза: «Лев, вы гнида!»
Они расхохотались, вспомнив вытянувшуюся физиономию Карабасова. Поэтому не сразу заметили, что дверь в кабинет отворилась, и невысокий лысоватый мужчина в очках, сползших на кончик носа, стоит на пороге и внимательно глядит на них.
— Я постучал, — сообщил он. — Но вы, кажется, не слышали.
— Чем мы можем вам помочь? — спросила Женя, поднимаясь.
— Мне нужно переговорить с руководством.
— А вы, собственно, по какому поводу? — нелюбезно спросила Саша, которая подозревала, что в каждом мужчине обязательно наличествует хоть капля подлости Димы Еланского.
