Он ожидал, что так и случится, а потому принял необходимые меры предосторожности и оказался на ногах раньше, чем конь рухнул наземь.
Это событие в любое другое время заставило бы г-на Жерара расчувствоваться, так как зачастую он переносил свою филантропию с людей на животных, однако в ту минуту он остался равнодушен. Его единственной целью было, насколько возможно, опередить погоню, если бы г-ну Жакалю вздумалось - а г-н Жерар знал, какой мастак на всякого рода выдумки был начальник полиции! - послать за ним своих подручных. Г-н Жерар прибыл к себе - он достиг своей цели, какое теперь ему было дело до несчастного животного.
Читатели знают, что ванврский филантроп отнюдь не являл собой образец благодарности.
Он бросил лошадь, не расседлывая и не думая, что станется с трупом, хотя, по всей вероятности, животное должны были обнаружить лишь на следующее утро, так как оно пало у дома, а не на дороге. Г-н Жерар торопливо отпер дверь, еще быстрее запер ее за собой на два замка и три задвижки, взбежал на второй этаж, вынес из кабинета, где хранилась обувь, огромный кожаный чемодан, затащил его в спальню и зажег свечу.
Там он немного передохнул... Сердце у него стучало так, что ему показалось: вот-вот оно разорвется. Он постоял, прижав руку к груди и пытаясь справиться с сердцебиением. Когда дыхание стало ровнее, он занялся подготовкой к отъезду, или, как говорят, стал укладывать чемодан.
Если бы кто-нибудь тайком понаблюдал в это время за г-ном Жераром, у него не осталось бы сомнений в том, что перед ним преступник: достаточно было увидеть, как бездумно он занимался делом, требующим обыкновенно сосредоточенности Г-н Жерар бросал на дно огромного чемодана белье, верхнюю одежду из зеркального шкафа и ящиков комода, валил в одну кучу чулки и воротнички, рубашки и жилеты, засовывал сапоги в карманы фрака, а туфли - в рукава редингота.
Он вздрагивал при малейшем шуме и останавливался, чтобы смахнуть рубашкой или полотенцем пот, кативший с бледного лица.
Когда пришло время запирать чемодан, тот оказался настолько забит, что г-н Жерар не смог закрыть крышку; он налег на нее всем телом, но безуспешно. Тогда он наугад выбросил из чемодана охапку и наконец закрыл его.
Затем он отпер секретер, достал из ящика бумажник, в котором было на два, не то три миллиона ценных бумаг в английских и австрийских банках; он нарочно для такого случая держал эти бумаги наготове.
Он снял пару двуствольных пистолетов, висевших в изголовье его кровати, бегом спустился по лестнице, побежал в конюшни, сам заложил в коляску пару лошадей. Он рассчитывал доехать в ней до Сен-Клу, там нанять почтовый экипаж, поручить хозяину заботу о собственных лошадях до своего возвращения и ехать в Бельгию.
Через двадцать часов, платя форейторам двойные прогонные, он пересечет границу.
Когда коляска была готова, он сунул пистолеты в карман дверцы, распахнул ворота, чтобы лишний раз не спускаться с козел, и поднялся в дом за вещами.
Чемодан оказался неподъемным. Г-н Жерар попытался взвалить его на плечо, но понял, что это бесполезно.
Он решил дотащить его до кареты волоком.
Но в ту минуту, как он наклонился, чтобы схватить его за кожаную ручку, со стороны лестницы ему послышался едва уловимый шум, похожий на шелест одежды. Он в ужасе обернулся.
В темном дверном проеме возник белый силуэт. Дверь напоминала нишу, белая фигура - статую. Что означало это видение?
Кто бы это ни был, г-н Жерар отступил.
Призрак с трудом оторвал ноги от земли и сделал два шага вперед.
Если бы не омерзительная и невыразительная физиономия убийцы, можно было подумать, что вы присутствуете на представлении "Дон-Жуана" в тот момент, как командор, шагая по плитам пиршественной залы, заставляет отступать перед собой испуганного гостя.
- Кто здесь? - спросил наконец г-н Жерар, стуча зубами от страха.
- Я! - отозвался призрак глухим голосом, словно поднимавшимся из преисподней.
- Вы? - переспросил г-н Жерар, вытянув шею и пристально вглядываясь; он безуспешно пытался разглядеть вновь прибывшего: от страха ему словно упала на глаза пелена. - Кто вы?
Призрак ничего не ответил и сделал еще два шага вперед.
Он очутился в круге света, отбрасываемого свечой, и опустил капюшон.
Пришелец и в самом деле походил на привидение невероятной худобой и смертельной бледностью.
- Монах! - вскричал убийца тем же голосом, каким он сказал бы: "Я погиб!"
- Наконец-то вы меня узнали! - молвил аббат Доминик.
- Да... да... да... Я вас узнаю! - пролепетал г-н Жерар.
Потом он обратил внимание на видимую слабость монаха, подумал о том, какую скромную и благую миссию ему надлежит исполнить на земле, и чуть смелее продолжал:
- Что вам от меня угодно?
- Я сейчас все объясню, - тихо проговорил монах.
- Не сейчас! - остановил его г-н Жерар. - Завтра... послезавтра.
- Почему не теперь же?
- Я на день уезжаю из Парижа, я очень спешу и не могу отложить свой отъезд ни на минуту.
- Вам все-таки придется меня выслушать, - твердо вымолвил монах.
- В другой раз, не сегодня, не сейчас.
Господин Жерар взялся за чемодан. Он сделал два шага к двери и потянул его за собой.
