Монах отступил, загородив собой дверь.
- Вы не пройдете! - сказал он.
- Пустите! - взвыл убийца.
- Нет! - спокойно, но твердо возразил монах.
Господин Жерар понял, что между ним и призраком должно произойти нечто страшное. Он бросил взгляд на то место, где обычно висели пистолеты. Но только что он сам их снял и отнес в коляску.
Он огляделся в поисках хоть какого-нибудь оружия.
Ничего.
Он судорожно порылся в карманах, надеясь обнаружить нож.
Нет!
- А-а! Ну да! Вы хотите меня убить, как убили своего племянника! сказал монах. - Но даже если бы у вас в руках оказалось сейчас оружие, вам меня не убить. Господу угодно, чтобы я жил!
При виде его уверенного лица, слыша его торжественный голос, г-н Жерар почувствовал, как им снова овладевает ужас.
- Не угодно ли вам все-таки выслушать меня? - продолжал монах.
- Говорите! - скрипнул зубами г-н Жерар.
- Я пришел в последний раз, - печально молвил монах, - просить вашего разрешения обнародовать вашу исповедь.
- Вы же требуете моей смерти! Это все равно что отвести меня за руку на эшафот. Никогда! Никогда!
- Нет, я не требую вашей смерти. Если я получу ваше разрешение, освобождающее меня от клятвы хранить молчание, я не стану мешать вашему отъезду.
- Ну да! А как только я ступлю за порог, вы на меня донесете, сообщите обо мне по телеграфу, и через десять лье отсюда я буду арестован... Никогда, никогда!
- Даю вам слово, сударь, - а вы знаете, какой я раб своего слова, - что я воспользуюсь этим разрешением завтра не раньше полудня.
- Нет, нет, нет! - повторил г-н Жерар, находя удовольствие в жестокости своего отказа.
- Завтра в полдень вы уже будете за пределами Франции.
- А если вы добьетесь моей выдачи?
- Я не стану этого делать. Я миролюбивый человек, сударь.
Я прошу, чтобы преступник раскаялся, а вовсе не требую его наказания. Я не вашей смерти хочу, а того, чтобы остался в живых мой отец.
- Никогда! Никогда! - завопил убийца.
- Это невыносимо! - проговорил аббат Доминик, словно разговаривая сам с собой. - Вы меня не слышите? Не понимаете моих слов? Не видите, как я страдаю? Не знаете, что я прошел восемьсот лье пешком, побывал в Риме, добивался от его святейшества разрешения обнародовать вашу исповедь и... и не получил такого разрешения?
Господину Жерару показалось, что над ним пролетела сама Смерть, но на сей раз она не задела его своим крылом.
Негодяй воспрял духом.
- Как вам известно, - сказал он, - ваше обязательство передо мной остается в силе. После моей смерти - да! Но пока я жив - нет!
Монах вздрогнул и машинально повторил:
- После его смерти - да! Пока жив - нет!..
- Дайте-ка мне пройти, - продолжал г-н Жерар. - Вы против меня бессильны.
- Сударь! - проговорил монах и, раскинув белые руки в стороны, чтобы загородить преступнику путь, стал похож на распятого праведника; сходство подчеркивала бледность его лица. - Вы знаете, что казнь моего отца назначена на завтра, на четыре часа?
Господин Жерар промолчал.
- Знаете ли вы, что в Лионе я слег от изнеможения и думал, что умру? Знаете ли вы, что, дав обет пройти весь путь пешком, я был вынужден одолеть нынче около двадцати лье, так как после болезни смог продолжать путь только сегодня?
Господин Жерар опять ничего не сказал.
- Знаете ли вы, - продолжал монах, - что я, благочестивый сын, сделал все это ради спасения чести и жизни своего отца?
Знаете ли вы, что по мере того, как на моем пути вставали препятствия, я давал слово, что никакое препятствие не помешает мне его спасти? Знаете ли вы, что после этой страшной клятвы я увидел, что ворота, которые могли оказаться закрыты, не заперты, вы не уехали, и я встречаю вас лицом к лицу, хотя все могло сложиться совсем иначе? Не угадываете ли вы во всем этом Божью десницу?
- Я, напротив, вижу, что Бог не хочет моего наказания, если Церковь запрещает тебе обнародовать исповедь, а ты зря ходил в Рим!
Он замахнулся, показывая, что за неимением оружия готов сразиться врукопашную.
- Дайте же пройти! - прибавил он.
Но монах снова раскинул руки, загораживая дверь.
Все так же спокойно и твердо он проговорил:
- Сударь! Как вы полагаете: чтобы убедить вас, я употребил все возможные слова, мольбы, уговоры, способные найти отклик в человеческой душе? Вы полагаете, есть другой способ для спасения моего отца, кроме того, который я вам предложил?
Если таковой существует, назовите его, и я ничего не буду иметь против, даже если мне придется поплатиться за это земной жизнью и погубить душу в мире ином! О, если вы знаете такой способ, говорите! Скажите же! На коленях умоляю: помогите мне спасти отца...
Монах опустился на колени, простер руки и умоляюще посмотрел на собеседника.
- Не знаю я ничего! - нагло бросил убийца. - Дайте пройти!
- Зато я знаю такой способ! - возразил монах. - Да простит меня Господь! Раз я могу обнародовать твою исповедь только после смерти - умри!
Он выхватил из-за пазухи нож и вонзил его негодяю в самое сердце.
Господин Жерар не охнул.
Он упал замертво.
Аббат Доминик наклонился над трупом и понял, что его жизнь кончена.
