– Нет, не очень часто, – нехотя призналась Анна Борисовна. – У нас с мужем таунхаус в «Клен Хаусе». Это в Долгопрудном. Далековато до «Олимпа». А вот мой младший сын Степан часто навещает деда и даже живет иногда с ним летом в этом доме.
– Сколько сыну лет?
– Он студент, – коротко ответила Лебедь.
– Что вы можете рассказать о работнике вашего отца – Алибеке? Кстати, как его фамилия?
– Фамилию я не помню. Во всяком случае, не помню, чтобы она называлась при мне. Хотя – погодите. У папы в столе есть копия паспорта Алибека. Он принимал работника на работу по объявлению в интернете и, естественно, снял копию с его паспорта при оформлении договора. Сейчас я найду и принесу.
– Замечательно, – Гуров оживился. – Пока вы ищете документы, можно мне осмотреть дом? Мне нужно знать расположение комнат. Не переживайте, ничего трогать и открывать закрытые двери я не буду. Пока не буду, – добавил он.
Хотя просьба Льва Ивановича не очень понравилась Анне Борисовне, она вынуждена была позволить ему обойти дом.
Беглый осмотр комнат не дал Льву Ивановичу никакой новой информации – в доме было чисто прибрано, никто, похоже, в хозяйских апартаментах ничего ценного не искал, вещей не переворачивал и бывшего министра, скорее всего, не обворовывал.
«Впрочем, все это может быть только видимостью, – подумал Лев Иванович. – Я ведь не могу знать, что в этом доме было ценного. Такого, что можно было бы прихватить при бегстве. Надо будет сказать Лебедь, чтобы она сама посмотрела и определила – пропало ли из дома что-то или все вещи на месте».
– Полковник, идите сюда, – позвала его женщина. – С трудом, но я нашла нужные бумаги. Вот, – потянула она какую-то папку Льву Ивановичу. – Тут и договор о найме на работу, и записи, связанные с оплатой работнику, а также копии документов Алибека.
Гуров, раскрыв папку, не удержался, чтобы мысленно не похвалить бывшего министра за аккуратность и педантичность. Каждый документ был вложен в отдельный файл, что упрощало Льву Ивановичу его изучение.
– Алибек Исаевич Таиров, родился в Крыму, проживает в поселке Карпова Балка, – произнес Гуров задумчивым голосом и посмотрел на Лебедь. – Он из крымских татар?
– Наверное, – пожала плечами Анна Борисовна.
– В паспорте, а вернее, в копии паспорта, есть запись, что он женат на Надин Тахировне. А дети у него есть? Не в курсе?
– Есть. Я несколько раз разговаривала с Аликом, когда мы с мужем приезжали к папе, и Алибек рассказал, что у него два сына и дочка. Дочке тогда было всего полтора годика. Это было… было еще два года назад, я имею в виду разговор.
– А что еще рассказал вам Алибек-Алик?
– Говорил, что хорошей работы у них на севере Крыма не найдешь. А если она и есть, то на вредном производстве, а у него с детства с легкими проблема. Рассказал, что вообще-то татары-мужчины редко оставляют семьи и уезжают далеко и надолго на заработки. У них это не принято. В основном если живут в деревнях, то на подсобном хозяйстве выезжают. Но он запланировал построить большой дом, и они с женой решили, что он может на несколько лет поехать работать в Москву. Там, мол, платят хорошо, и работу разную можно найти, по своему вкусу, то есть.
– Он работал у вашего отца три года? – уточнил Гуров, вычитывая договор о трудоустройстве.
– Даже чуть больше получается. Папа взял Алибека сначала с испытательным сроком на три месяца, и этот период в договор не вносили, – пояснила Анна Борисовна.
– Почему? – поднял на нее глаза Гуров.
– Просто до этого к папе устраивался один узбек, и… Он оказался и грязнулей ужасным, и свои обязанности выполнял как попало. Пришлось его уволить. Помню, он устроил скандал и стал папе угрожать чуть ли не судом, заявляя, что тот обещал ему зарплату большую, чем заплатил при увольнении. Хотя это и не так. После этого папа решил, что будет нанимать работников только с испытательным сроком и без внесения этого пункта в договор. Алибека папа сразу предупредил, что если тот будет работать через пень-колоду, то он ему оплатит только половину той цены, на которую они договаривались на время испытания. Тот согласился. Но работал он хорошо, и папа его уже через три месяца оформил официально. Налоги в пенсионный фонд за него вносил. В общем, все как положено.
– Да, я вижу, он неплохо получал у вашего отца, – Гуров кивнул на папку, лежавшую перед ним.
– Это так, – подтвердила Лебедь. – А если считать, что продукты ему папа покупал тоже на свои деньги и не высчитывал за них из его зарплаты, то Алибек практически в деньгах не нуждался, и почти все отсылал домой жене.
Она замолчала, задумавшись, а потом тихо произнесла:
– И все-таки я никак не могу поверить, что Алибек мог кого-то убить. Он такой спокойный, вежливый, начитанный, работящий. Они с папой часто разговаривали, обсуждали разные темы. Папа говорил мне, что Алик очень неглупый человек и хорошо разбирается в политике, в искусстве, в дизайне, в музыке… Не понимаю.
– Всякое в жизни бывает, – отозвался Гуров, подумав при этом, что в тихом омуте черти-то как раз и водятся. – Оружие какое-нибудь в доме есть? – поинтересовался он.
