– Да ничего особенного. Всякие женские штучки на предмет припудривания носика, зажигалка, сигареты «Кисс»… – Углов задумался, вспоминая, и подвел итог: – Вроде бы и все.
– А кошелек?
– Коселек, коселек… Какой коселек? Не было там никакого коселька, – Илья Викторович заговорил голосом карманника Кирпича из фильма «Место встречи изменить нельзя» и сам рассмеялся своей шутке. А потом серьезно уже добавил: – Слушай, а ведь и вправду кошелька-то в сумочке не было. Документики были, а денежки тю-тю.
– Ладно, я сейчас по адресу съезжу, а потом сразу к вам на Петровку. Ты потом тоже туда подъезжай, – нахмурился Лев Иванович.
Не нравилась ему вся эта ситуация с безголовым телом все больше и больше. А потому у него начался, как он иногда сам называл свое состояние, сыщицкий зуд, который не давал ему покоя ни днем ни ночью до тех пор, пока виновный не будет им, Гуровым, найден.
– Да куда я денусь. Сразу и приеду, – заверил Углов и прервал связь.
Ехать Гурову по нужному адресу пришлось аж в район Белой Дачи в Котельниках. Именно там была прописана Тарасова Светлана Владимировна. Хотя дома в этом районе были почти все невысокие и старые, но тарасовский дом оказался новенькой многоэтажкой. В подъезде за стеклянной перегородкой сидела консьержка.
– Здравствуйте, – поздоровался с женщиной Лев Иванович и в ответ получил только пронзительно-строгий взгляд и молчаливый кивок. – Я к Тарасовым. У них дома кто-нибудь есть?
– А по какому делу к ним? – неожиданно для Гурова задала встречный вопрос строгая консьержка.
– По делу государственной важности, – решив пошутить, прошептал, наклонившись к окошечку, Лев Иванович, и снова заработал колючий и неприязненный взгляд.
– А к кому из Тарасовых вы пришли?
– Мне нужна Светлана Владимировна. – Гуров достал удостоверение и показал его консьержке.
Та взяла со стола очки, не торопясь нацепила их на нос, внимательно, через стекло изучила, что написано в удостоверении и только после этого с все таким же серьезно-неприветливым выражением лица ответила:
– Нет ее. Уехала она. Недели три назад как уехала. И не спрашивайте куда – не знаю. У мужа ее спросите.
– А муж дома? – Гурову приходилось буквально клещами вытягивать информацию из этой строгой дежурной.
«Ей бы в фильмах про войну партизанских героинь в плену у немцев играть», – подумал Лев Иванович.
– Эдика дома нет, – все так же, не меняя выражения лица и тона, ответила консьержка. – Утром ушел…
Она не успела сказать Гурову, куда ушел муж Светланы Тарасовой, как дверь в подъезд с пиликаньем открылась, и на площадку бодро вбежал молодой мужчина в спортивном костюме. Кивнув дежурной, он быстрым шагом направился к лифтам.
– Вот он, кто вам нужен, – кивнула на мужчину дежурная и, сняв очки, отвернулась ото Льва Ивановича, посчитав свою миссию выполненной. Гуров едва успел войти в лифт вместе с мужчиной, как двери захлопнулись.
– Вам на какой этаж? – поинтересовался у полковника муж Тарасовой, достав из одного уха наушник, чтобы слышать ответ. – Я уже нажал на седьмой. Потом сами нажмете, куда нужно, – быстро проговорил он и снова воткнул гарнитуру в свободное ухо.
– Мне туда же, куда и вам, – ответил Лев Иванович.
– Что? Я не расслышал. – Мужчина опять выдернул один наушник.
– Я говорю, что мне тоже на седьмой. Вы ведь муж Тарасовой Светланы Владимировны? – повторил Гуров.
Лицо мужчины стало жестким и напряженным.
– Да, я муж Светланы. А что, собственно… Вы кто? – Глаза его зло прищурились, и он напрягся, словно опасаясь, что Гуров сейчас на него набросится.
– Давайте выйдем, и я все вам объясню, – предложил Лев Иванович, стараясь говорить миролюбивым тоном и тихим голосом.
Но похоже, что спокойствие Гурова еще больше насторожило молодого мужчину.
– Сказать, кто вы и зачем вам Светлана, можно и в кабинке лифта, – заявил он и, вынув второй наушник, достал из кармана спортивной куртки смартфон.
Тарасов произвел на экране некоторые действия и Гуров понял, что мужчина переключился на режим записи по диктофону, опасаясь… Нападения?
«Интересно, чего он вдруг испугался? – подумал Лев Иванович. – Мужик-то вроде молодой и по виду крепкий».
Гуров открыл удостоверение, которое все еще держал в руках после разговора с консьержкой и показал его Тарасову.
– Главное управление МВД? – удивился мужчина и шагнул к выходу из лифта.
Гуров последовал за ним, думая, что собеседник проведет его к квартире. Но мужчина, остановившись возле захлопнувшихся дверей кабинки, повернулся ко Льву Ивановичу и недовольным голосом спросил:
– От меня-то что требуется? Я на работу опаздываю. У меня тренировка в десять, и вообще меня внизу в машине уже ждут.
– Вы спортсмен? – наклонив голову, с интересом спросил Гуров.
– Я тренер молодежной женской сборной по гандболу, – с усмешкой и несколько пафосно ответил Тарасов. – Но вы, наверное, гандбол не смотрите. – Последняя фраза прозвучала так, словно тренер обвинял Гурова в невежестве.
– Не смотрю, – согласился Лев Иванович. – У меня, знаете ли, другие интересы. Я преступников ловлю.
