Сев чуть впереди Сезер, я схватила подругу за руку. Просто так, для успокоения.
— И вообще, — перешла в наступление Сабрина. — Ты же сама говорила, что хочешь, чтобы Дюпэн-Чэн сдохла!
Хлоя практически зарычала.
— Идио-отка… я много чего говорю, но слова — это всего лишь слова, Сабрина! Я Дюпэн-Чэн вообще сейчас не трогаю! Ты её видела?! Кожа да кости, а скоро и того не останется! Я не унижаю больных, это плохо сказывается на популярности!
Значит, Хлоя всё-таки следит за рейтингами. Неплохо, неплохо.
— Хлоя, — Сабрина, судя по голосу, уже не злилась, а была на грани слёз.
— Я знаю своё имя! — истерично взвизгнула Буржуа, топнув ногой. — Не смей трогать Дюпэн-Чэн! Никого не трогай, если я не скажу обратного! Ты достаточно наворотила, хорошо ещё, что об этом никто не узнает!
— Т-ты не скажешь папе?
— Дебилка!
Хлоя стремительно пронеслась мимо нас. Сабрина, причитая, кинулась следом. Как я и предполагала, девочки не заметили нас и ушли, не зная, что их подслушали.
Ну и хорошо.
Рука Альи в моей ладони вдруг вздулась, как большой слайм. Предчувствуя нехорошее, я осторожно оглянулась через плечо.
И увидела вместо моей огненной креолки Леди Вай-Фай.
Серьёзно?!
Она отпустила мою руку и решительно поднялась на ноги. Возвышаясь надо мной тёмной фигурой, Леди Вай-Фай встряхнула волосами и достала мобильник.
— Не волнуйся, Бражник, я достану тебе Талисманы, — сказала девушка, хмурясь. — Но сначала все узнают, как низко поступили эти две сучки! Надо как-то ещё раз заставить её всё рассказать…
Она посмотрела на меня. Глаза у неё были светло-фиолетовыми, как два аметиста. Очень похожие на глаза Кукловода.
— Алья, это не ты. Это бабочка. Она усиливает негатив. Алья!
— Моя милая, добрая девочка, — Алья вздохнула. — Я так и знала, что ты скажешь это. Прости, но тебе придётся отдохнуть. Ставлю на паузу!
Моё тело замерло. Я не могла даже головой пошевелить или перевести взгляд. При этом мозг продолжал работать. Что за пытка?
Господи, почему опять я?
Алья наклонилась ко мне и поцеловала в лоб.
— Маринетт… — Алья присела рядом со мной и быстро обняла. — Не волнуйся, девочка, я всё сделаю сама. Никто не посмеет обижать тебя и потом оставаться безнаказанным.
Вопрос: что самое ужасное, если ты не можешь пошевелиться, но при этом твоё тело продолжает жить?
Ответ: невозможность нормально вдохнуть полной грудью.
Ответ: чешущийся нос.
Ответ: затекающее тело.
Ответ: мысль о мухе, которая сядет на открытый глаз.
Ответ: то, что ты Ледибаг и опять вляпалась.
Мысли первые секунды у меня мотылялись от панического «я умру» до более осмысленного «все умрут». Я слышала крики из коридора, но сделать ничего не могла; да я даже дышала кое-как, чувствуя огромный дискомфорт от того, что не могу ни грудь распрямить, ни живот надуть. Тонкая струйка воздуха втекала в мои лёгкие и медленно вытекала, как ручеёк воды из треснувшего кувшина.
Сделай паузу — скушай Твикс, мать его.
А что надо есть, чтобы эту паузу прекратить? Пурген?
Спустя минут пять из почтальонки вылетела Тикки. К моему безграничному счастью, я всё-таки привила себе привычку постоянно носить домик для квами с собой. Так что теперь у нас был крохотулечный шанс на хороший исход.
Потому что это было уже просто несерьёзно. Третья акума, и в третий раз я оказываюсь под атакой! Да Нуар в оригинале меньше отхватывал, чем я сейчас!
— Маринетт! Маринетт, ты меня слышишь?
Я бы ответила, малышка, да только не могу. Даже зрачки не перевести, тело просто замерло в пространстве. Только думать и способна.
А что если камни — это такие же живые, которых кто-то раньше заморозил? Что если они так же мыслят, как и мы, но сказать ничего не могут? Как Белла во время своего вампирского превращения, накаченная то ли опиумом, то ли морфием. Боль, ужас, паника — и тишина в реальности.
Как мне подать Тикки знак, что я всё слышу?
— Марине-етт!..
Никак, мать его.
Квами несколько раз облетела моё неподвижное тело, затем увидела что-то на уровне груди и нырнула вниз. В следующую секунду я, жадно хватая воздух ртом, рухнула на пол.
— Маринетт!
Мне было не до квами; мне бы надышаться.
Как удачно вышло. Спасибо тебе, Господи, за Тикки: будь я одна, то не смогла бы «разблокировать» себя от способностей Леди Вай-Фай. Ещё по мультику я помнила, что у попавших под силы акумы оставались значки в фиолетовом круге: знак паузы, стопа или начала проигрывания. Хорошо ещё, что нажимать на эти знаки мог кто угодно, а не только сама Леди Вай-Фай. Вот смеху-то было бы!
Но ничего, я с Альи ещё стребую… всего и побольше.
Перевернувшись на спину, я положила руку на грудь и уставилась в потолок. На кафеле было холодно, но это только к лучшему: мне надо было прийти в себя.
— Маринетт, как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Дай мне секунду, и мы пойдём бить Бражника.
— А как же Андрэ?
Я скривилась. Да, Андрэ. В пылу своего раздражения на Бражника я чуть про него не забыла. А ведь над нами двумя всё ещё висело моё обещание не ввязываться в бои с акумами, пока нам с Котом не заплатят…
— Идиотская идея была, да?
