Как у любого нормального человека из двадцать первого века, у меня были проблемы со сном: долгое время я не могла устаканить ежедневный график, из-за чего спала то по четырнадцать, то по четыре часа. Вот в последнем случае мне и помогала медитация: полчаса «осознанного» сна заменяли недосып ночью.
«Осознанный» — это не про управление собой в сновидении, а про неглубокое погружение. Ты как будто засыпаешь, но не до конца. Дыхание становится едва заметным, голова клонится вниз, тело пытается расслабиться. Ощущения не то чтобы приятные, потому что больше всего хочется просто лечь и всё-таки уснуть. Но если это перетерпеть, не лишаться сознания, продолжать сидеть… потом ты чувствуешь себя так, будто хорошо поспал.
Вот и сейчас я качала головой и удерживала спину. Неприятная слабость распространилась по телу, затопила его, крюками тянула меня на пол, чтобы усыпить. В прошлой жизни-то я на полу спала, от кроватей болела спина. Сексом правда заниматься неудобно, жёстко как-то. Но здесь-то мне вроде бы и не с кем, так что можно и вниз перебраться.
Так, отставить. Мы медитируем.
Через положенные полчаса Тикки осторожно коснулась меня лапкой. Я открыла глаза, ощущая, как слабость мгновенно выливается из тела. Вместо неё осталась свежесть, будто я вышла ранним утром на балкон весной.
— Спасибо.
До коллежа оставалось полтора часа. Когда же я собрала школьный рюкзак, оделась и позавтракала, — очередным яблоком, но это лучше, чем ничего, — до него оставался час.
Делать мне было нечего. Какое-то время я бездумно крутилась на компьютерном стуле, грозя развалить его окончательно, а потом мне на глаза попалась жующая печенье Тикки.
Хм…
— Как работает магия сокрытия личности?
Квами отвлеклась от сладкого и посмотрела на меня. На мордочке у неё было несколько прилипших кусочков кукиса.
— Индивидуально от носителя к носителю. Как с костюмом.
— М-хм…
Я порылась в ящике рабочего стола и достала пару листов. Следующую информацию, пожалуй, лучше будет записать.
— Ничего общего? На костюме всё равно сохраняются цвета и точки.
— Общего?
Квами задумалась, продолжая медленно крошить печенье и отправлять кусочки в рот. Я терпеливо ждала, не прерывая чужих размышлений.
— Вообще-то, общее есть, — медленно проговорила Тикки, принимаясь за следующее печенье. — Сокрытие личности работает всегда, вне зависимости от того, находится ли носитель в сознании или нет. Если в синхронизации ты, к примеру, потеряешь сознание, то будешь в костюме сколь угодно долго. Но только если на тебя смотрят. Если нет, то синхронизация прерывается.
Я представила ситуацию: сферическая идеальная Ледибаг лишается сознания на глазах у свидетеля N. Этот свидетель убегает за помощью, оставляя девушку одну. Прибегает — а там уже не героиня, а просто девица.
Выслушав эту мизансцену, Тикки хихикнула.
— Да, и такое было.
— Тогда нашу ЛБ рассекретят?
— Нет. Твой свидетель N просто не сможет ассоциировать девушку без маски и героиню. Магия будет мешать ему.
— Значит, какой-нибудь художник, даже если нарисует нашу сферическую ЛБ…
— Ничего не увидит. Даже если сотрёт маску, а та самая… почему сферическая? В общем, та самая девушка будет рядом без синхронизации.
Это были хорошие новости. Нам не страшен серый волк, фотошоп, карандаш…
В памяти у меня сразу же возникло лицо Вероники. Её ошеломление, когда я после Трансформации вышла из кладовки.
— У меня не сходится, — призналась я квами. — Как-то же нас Вероника рассекретила?
— Та девушка из торговых рядов?
— Боже, Тикки, никто давно не называет их «торговые ряды». Молодёжь говорит «молл»! Тебе что, тысяча лет?
Мы на двоих похихикали. Потом Тикки продолжила:
— Я не могу сказать точно, но, скорее всего, эта девушка из молла просто была привлечена удачей. Нет какой-то системы в том, как люди рассекречивают носителей Талисманов. Просто у одних это получается, у других нет.
— Короче говоря, ты понятия не имеешь, почему она меня узнала.
— Ну примерно так.
Я вздохнула. Тикки, ничуть не смущённая своей бесполезностью, продолжила поедать печенье.
Вообще, у меня была теория, почему Вероника меня узнала, и слова Тикки хоть немного, но её подтвердили. Дело в удаче, воплощением которой была моя квами. Вряд ли я смогла с той же лёгкостью победить Месье Голубя, если бы не узнала про отсек для конфетти под потолком молла. Но как бы эта информация ко мне попала?
Нет, не так. Как бы я сама дошла до этого отсека, если даже Вероника чуть было не заблудилась в хитросплетениях коридоров? Встретить эту девушку было для меня реальной фортуной.
— Может и так, — пожала плечиками в ответ на мои размышления Тикки. — Только что с того?
— В смысле? — не поняла я.
— Магия просто работает, Маринетт. Не пытайся как-то её структуризировать, это бесполезно. Как только ты построишь хоть немного подходящую под твои выводы систему, она развалится.
