Салазар покосился на него, как на умалишённого.
– Не делай вид, что ты не видишь, – в голосе Самаэля проскользнули недовольные нотки.
– Но я действительно не вижу, – оправдался инкуб, – у меня нет таких способностей.
Самаэль сделал шаг назад и смерил его взглядом.
– Болван! – разочарованно выдал он, – за сотни лет ты ни разу не заметил…
Салазар был окончательно сбит с толку. Самаэль смотрел на него с печалью и разочарованием, как отец смотрит на сына, когда он принёс двойку из школы. Снова тяжело вздохнув, ангел смерти стал медленно ходить кругами, объясняя:
– Я даровал тебе эту способность, когда сотворил для тебя это тело и поместил в него твою душу. Ты можешь смотреть в души людей, читать их, как раскрытую книгу… Я так старался… – Самаэль сглотнул, вспомнив что-то, и с обидой продолжил, – а ты даже не потрудился изучить себя после перерождения.
Салазар стоял и ошарашенно смотрел на Жнеца. Он даже не подозревал, что кто-то приложил руку к его перерождению. Самым забавным был тот факт, что всю свою человеческую жизнь Салазар посвятил изучению Самаэля. Он даже написал книгу, которая куда-то исчезла за несколько дней до его смерти. Ангел смерти продолжил, заметив его шок:
– Неужели ты думал, что стал инкубом по воле случая? Я заметил тебя, когда ты в первый раз попытался провести обряд, чтобы связаться со мной. Я специально не подал никакого знака, чтобы посмотреть, как ты себя поведёшь. И ты порадовал меня – раскопал сокрытые тайны, разгадал загадки… Поэтому я решил наградить тебя за такое рвение и упорство и даровал новую жизнь, ещё один шанс проявить себя. А книгу я забрал, чтобы никто не смог ею воспользоваться, – Самаэль снова подошёл к Салазару, – Кстати, Наталия читала её.
В голове инкуба с бешеной скоростью проносилась куча мыслей. Он старался как можно быстрее переварить полученную информацию. На несколько минут воцарилась тишина. Наконец, Салазар смог выдавить из себя:
– Очень жаль, что я не знал этого раньше.
Самаэль хмыкнул и снова посмотрел на прикованную девушку. Салазар уловил его взгляд и тоже посмотрел на Наталию. В этот момент что-то щёлкнуло в нём, и он увидел её душу – чистую, прекрасную, и сияющую, будто маленькое солнышко. Инкуб присвистнул и задумчиво сказал:
– Вот поэтому её нельзя убивать?
Самаэль кивнул. Девушка снова извернулась, но уже в другую сторону, голова её заметалась из стороны в сторону, она стала часто дышать.
– Что с ней? – поинтересовался Салазар, – ты с ней сотворил это и теперь не знаешь, как отменить?
Самаэль пригвоздил взглядом инкуба, но ответил холодным тоном:
– Она сама сотворила это с собой. – Немного помолчав, он уткнулся лбом в ладонь, будто у него болела голова, и сдавленно продолжил, – да кого я обманываю? Она страдает по моей вине.
– Тогда прекрати это, – сочувственно сказал Салазар.
– Не могу, – ангел смерти обречённо развёл руками, – я заключил с ней сделку.
– Тааак, – протянул инкуб.
– Она сказала, что боль проходит, – было видно, что слова с трудом давались Самаэлю, – я захотел доказательств. Теперь она должна будет либо преодолеть эти муки, либо попросить меня прекратить их. Если она победит, то я дам ей возможность избавить меня… Дальше не важно, – ангел смерти начал срываться. – Она уже вторые сутки в агонии, но не просит избавления. Почему она не просит, Салазар? Почему?
Инкуб подошёл к Самаэлю, который стоял с опущенными плечами и тяжело дышал. Он положил ему руку на плечо в дружеском жесте и мягко ответил:
– Потому что она действительно желает тебе добра… И судя по её выдержке, она любит тебя.
Ангел смерти отшатнулся от инкуба, как от чумного. В его глазах промелькнул страх, непонимание застыло на мрачном лице.
– Как можно любить меня… такого, – он провёл рукой сверху вниз, указывая на себя.
– А чем ты себе не нравишься? – пожал плечами инкуб.
– О, Бездна! Ты же понимаешь, о чём я! Хотя бы ты не издевайся надо мной, мне хватает Наталии!
– Так вот в чём проблема, – понимающе протянул Салазар. Он потеребил серьгу, выбирая, с чего начать.
Самаэль стал ходить туда-сюда, не находя себе места. Его чёрные крылья подрагивали, а когти впились в ладони, с которых начала просачиваться кровь.
– Самаэль, – обратился инкуб к демону, отчего тот резко встал, как вкопанный, – она видит в тебе не ужасающего демона, а прекрасного ангела, каким ты был.
Ангел смерти резко повернул голову на инкуба, отчего Салазар немного занервничал – Жнец итак был не в себе, и одно неосторожное слово может вызвать его ярость.
– Наталия – очень чуткая и уникальная женщина, – начал он издалека, – она очень тонко чувствует настроение окружающих и ведёт себя соответственно. Когда нужно, чтобы она была лекарством – она говорит слова поддержки и утешения, или молча делает всё так, как ты хочешь. Если тебе нужна встряска, то она скажет всё, как есть, не подбирая слов. И так далее… – Салазар сложил руки на груди, делая вывод, – скорее всего, ты чувствуешь себя так, что побуждаешь её ко всем возможным действиям сразу.
Самаэль снова посмотрел на девушку, на его щеке дёрнулся мускул и он сказал:
