— Ну, если учесть профессию моих мужчин, то это скорее перекрёстный допрос, — хмыкнула я. — А так как звания никто не отменял, последнее слово, к сожалению, остаётся не за мной.
Альбина Борисовна, следя за моими рассуждениями, улыбнулась.
— А, если честно, я никогда об этом не задумывалась, — закончила я. — Единственный представитель сильной половины человечества, который меня понимает, это Руслан. Остальные для меня как инопланетяне.
— Твой самый преданный поклонник, — заметила Альбина Борисовна. — Время идёт, а он всегда рядом.
— Да уж, — улыбнулась я. — Руслан мой ангел-хранитель и личный психолог одновременно. Но между нами ничего не было и никогда не будет. И он это прекрасно понимает.
— Хороший парень, — согласилась Альбина Борисовна. — Но тебя упорно тянет к мужчинам постарше…
— С чего вы так решили? — полюбопытствовала я.
— Хочешь сказать, что я не права? Сколько лет Андрею?
— Тридцать три, — не задумываясь, ответила я. — Они с Игорем ровесники.
— Правильно говорят, все наши комплексы из детства, — заметила Альбина Борисовна.
— Вы это к чему? — насторожилась я.
— Да так. Просто размышления вслух. Тебя, кстати, отец разыскивает, — вспомнила она. — Вчера звонил мне.
— Вы сказали ему, что я здесь?
— Пришлось. Что у вас случилось? Почему ты не отвечаешь на его звонки?
— Мы поругались, и вообще, он повёл себя очень некрасиво, — пояснила я.
— Лера, он всё-таки твой отец. Он любит тебя и беспокоится. Ну что он мог такого натворить, чем заслужил такое отношение от единственной дочери?
— Он решил воспитывать меня в присутствии другого человека. Само собой словами дело не обошлось, и он залепил мне пощёчину.
— Кошмар. Когда это случилось?.
— В тот день, когда я поймала маньяка. Вообще, идиотский день был, — заметила я. — Сначала меня чуть не убили, потом Лебедев попытался отчитать меня за самодеятельность, а тут и папочка как раз подоспел.
— Андрей видел вашу ссору с отцом? — спросила Альбина Борисовна.
— Да, он как раз был у меня дома.
— И что потом?
— А потом ещё хуже, — отмахнулась я. — Мы ещё и с Лебедевым успели поругаться. Я вам, кажется, об этом уже рассказывала. Всё было нормально, но чёрт его дёрнул объясняться в любви, да и я была не в том состоянии, чтобы адекватно оценивать происходящее. Ляпнула на свою голову, до сих пор расплачиваюсь.
— Ты была с ним в ту ночь? — вдруг спросила она, я кивнула. — И вот опять мы вернулись к Андрею, — заметила Альбина Борисовна. — Хватит болтать, а то чай уже остыл.
Тут в дверь постучали, и в кабинет заглянула женщина лет тридцати пяти в белом халате.
— Альбина Борисовна, можно вас на несколько минут? — спросила она.
— Я скоро вернусь, — сказала Альбина Борисовна, обращаясь ко мне. — Подожди меня здесь.
Я кивнула, и она ушла в сопровождении женщины. Я осталась одна. Пару минут просто сидела, тупо изучая обстановку кабинета, которую и так знала наизусть. Но потом какая-то неведомая сила заставила меня встать и переместиться в кресло Альбины Борисовны. Расположившись, я стала проверять содержимое ящиков стола. В одном из них поверх кучи каких-то бумаг преспокойно лежала медицинская карточка убитой девушки. Я достала её и занялась изучением содержания. Раздобыв на столе ручку и лист бумаги, я переписала кое-какую информацию о девушке. Ничего особенного: фамилия, имя, возраст. Потом начала внимательно читать дальше. Лечащим врачом Анны была Альбина Борисовна, поэтому я без труда смогла разобрать её красивый, но непонятный, как у всех врачей, почерк.
Хотя сама я похвастаться каллиграфическим почерком тоже не могла, по поводу чего Лебедев, которому мне как-то пришлось написать записку, вспомнил что-то про гениальных людей. Я ещё тогда гадала, как мне к этому относиться: как к комплименту, или как к очередной издёвке с его стороны, что в тот период было наиболее вероятно. Я тяжело вздохнула. Тогда мы хотя бы ещё общались, правда, при любом удобном случае стараясь подколоть друг друга, а сейчас каждый просто тупо игнорирует присутствие другого. Чего только стоит сегодняшняя немая сцена в коридоре? Ну почему всё так сложно? Почему нельзя просто быть друзьями? Не понимаю.
Что-то я отвлеклась, а время поджимало. Опустив подробности, выходило, что девушка ждала ребёнка, но два дня назад ей была сделана операция по прерыванию беременности, короче, обычный аборт, так как по медицинским показателям всё было в норме и ничего не препятствовало успешному вынашиванию ребёнка.
Я невольно усмехнулась. Юность, проведённая в доме Альбины Борисовны, не прошла даром. За это время я успела изучить всю её медицинскую библиотеку, так что в вопросах гинекологии теоретически разбиралась неплохо. Альбина Борисовна всегда поддерживала мой интерес, наверно рассчитывая, что я пойду по её стопам и поступлю в медицинский университет, поэтому она готова была помочь и объяснить, если мне что-то казалось непонятным. Так что я без труда смогла понять содержание карты.
