Доктор Мейер остановилась рядом с еще не готовой скульптурой. Она изображала девушку в накинутом на плечи плаще. Девушка сидела, преклонив колени и приложив сложенные руки к груди. Ее глаза были подняты к потолку — создавалось впечатление, что девушка либо мечтает, либо собирается произнести молитву. Скульптура выглядела настолько живой, что, как казалось, девушка в любой момент могла подняться, встряхнуть волосами и стыдливо запахнуть плащ, улыбнувшись гостям мастерской.
— Фантастика, — прокомментировал Константин, оглядев скульптуру. — Но ей чего-то не хватает. Венца.
— Венца? — переспросила Нурит.
— Да. Тернового. Это бы дополнило образ.
Доктор Мейер осмотрела скульптуру, задумавшись.
— Это идея, — сказала она. — Значит, тебе понравилось?
— Конечно. Она будто живая… Впрочем, — оборвал он себя, — я думаю, что ты уже привыкла к этому комплименту.
— К комплиментам привыкать опасно, — улыбнулась Нурит. — Надеюсь, я закончу ее через неделю. Ты хочешь забрать ее себе?
— Да. — Константин до сих пор разглядывал скульптуру. — Как это у тебя получается? Иногда я смотрю на твои работы, и мне кажется, что каждый раз какая-то часть скульптуры остается у меня внутри.
Доктор Мейер накрыла скульптуру тканью и улыбнулась.
— Ты знаешь легенду о сороконожке? — спросила она — Когда-то сороконожка танцевала, а у нее спросили: «Как ты управляешься с таким количеством ног?». Сороконожка задумалась и тут же запнулась. То же самое и с искусством. Ты рисуешь так, что у людей захватывает дух при взгляде на твои картины. Вот и скульптура. Никто из нас не может сказать, как именно мы это делаем.
… Больше всего на свете доктор Мейер не любила готовить. Но ее экономка попросила неделю отпуска, и Нурит пришлось приготовить ужин самой. Получилось неплохо, и Константин по достоинству оценил старания хозяйки.
— На днях я беседовала с господином директором, — сказала доктор Мейер, когда курица была доедена, и на столе появился суп. — У нас был серьезный разговор о вас, капитан.
— Обо мне? — отозвался Константин, откладывая ложку и наполняя бокалы вином. — Это интересно.
— Господин директор сказал мне, что доволен твоей работой. Ему предстояло принять трудное решение: он размышлял и взвешивал все «за» и «против» почти два месяца. Вчера господин директор сообщил мне свое решение. Он решил назначить тебя руководителем отдела по ведению допросов. Это решение вступит в силу после того, как господин директор вернется из командировки. То есть, через неделю.
Доктор Мейер внимательно изучала лицо гостя. Константин нахмурился, рассеянно потер висок и потрепал седую прядь в волосах.
— Так что же… — Он запнулся. — Больше никаких рабочих дней по семнадцать часов, только один отдел и должность «комиссара»?
— Да, — кивнула доктор Мейер. — Я поздравляю вас, капитан. Если вы хотите услышать мое мнение — вы заслужили этот пост. Не думаю, что есть еще хотя бы один достойный кандидат.
— Нет, нет, — замотал головой он. — Это мне, разумеется, снится. Он не мог решить все так быстро.
— Я уверена, что он принял решение уже давно, но, как человек осторожный, долго обдумывал его.
Константин тряхнул головой. Теперь он выглядел так, будто ему было стыдно за проявленные эмоции. Он еще некоторое время молчал, перебирая в пальцах салфетку.
— Ты не думаешь, что это нужно отметить? — спросил он.
— Для такого случая я припасла коньяк. Или ты хочешь шампанского?
— Коньяк подойдет.
Константин помог хозяйке дома убрать со стола, и они решили отдохнуть после ужина, расположившись на диване в гостиной.
— Это один из самых лучших вечеров в моей жизни, — сообщил он ей.
— Я рада, что мы будем работать вместе. Почему-то я подумала об этом еще тогда, когда увидела тебя впервые в комнате для допросов. — Нурит улыбнулась. — Как много воды утекло с тех пор. Жизнь летит так быстро, что мы не успеваем осознавать, что происходит вокруг.
Константин посмотрел на камин, и взгляд его остановился на знакомом портрете Нурит, который стоял на каминной полке.
— Ты держишь его здесь? — спросил он.
— Да. Я часто смотрю на него. Он мне нравится.
— Как-нибудь я нарисую тебя еще раз. Это будет другой образ. Более взрослый и более совершенный.
— У тебя появится такая возможность. Мы будем проводить вдвоем много времени. Наверное, даже больше, чем я в свое время проводила с Ицхаком. Не хочу бросать тебя в ледяную воду и смотреть, выплывешь ли ты.
— Ты знаешь, меня трудно напугать, и еще труднее выбить из седла. Кроме того, я быстро учусь.
Нурит взяла со столика пачку сигарет и достала одну. Константин зажег спичку и поднес ее к сигарете.
— Благодарю, капитан. Может, вы мне что-нибудь сыграете?
— Мне больше по душе другая мысль. Может, мы потанцуем?
Доктор Мейер задумчиво посмотрела на него.
— Я даже не помню, когда танцевала в последний раз. Наверное, лет пять назад. — Она опустила голову и рассмеялась. — Ладно. Если после выпитого я устою на ногах, то постараюсь стать достойной партнершей.
