— Нет, леди. Знаю, что есть Ольман, есть Дастарк. Но слышала про них только потому, что лорд Даниэль читал вслух газету. Всю неделю обсуждал он с другими лордами в саду недавно начавшуюся между ними войну, - Лизи сводила брови, видимо, вспоминая точнее, о чём именно говорил мой брат.
Надежда теперь покинула меня. Да, если бы я оказалась в прошлом, легче бы не стало. Но я знала историю, и это хоть как-то помогло бы мне. Но здесь, в королевстве Эсмар, в графстве Коул, законы могли быть совсем неожиданными для меня. И мне стоило попридержать язык, чтобы не оказаться на костре или, в крайнем случае, в психушке.
— Девочка моя, ты здесь! – знакомый мне из воспоминаний прошлой Стефании голос, хоть и пожилой, но чистый, без скрипа и надрыва разорвал мои мысли. Я вскочила и обернулась.
Обеими руками опираясь на трость, возле дома стояла леди Лилит. В темно-синем платье, чёрной накидке и чёрной широкополой шляпе.
— Леди, - я склонила голову и торопливо поспешила к ней, надеясь, что если я её обниму, не нарушу каких-то правил. А обнять почему-то хотелось.
— О! Смотри не жми сильно, а то сломаешь мне спину, - прошептала она, и я отстранилась. - Я рада, что тебя отправили сюда, очень рада, милая.
Часть меня взаимно была счастлива, а другая часть боялась сделать неверно хоть шаг.
— Леди, прошу простить меня за то, что вам придётся жить со мной…
— Леди Диана написала мне лично. Да так грубо, так подробно! – женщина, которой на вид было лет шестьдесят, вполне ходко прошла к столикам и, дождавшись, когда Лизи подвинет для неё стул, присела, всё так же опираясь обеими руками на трость. Она сидела так прямо, что ее спина, руки и трость вырисовывали идеальную букву «П».
— Я не знаю, что она написала вам, но… ее очень покоробил мой новый статус…
— Самой старой девы? – хмыкнув, спросила леди. – Это не худший статус в графстве, милая. Но замуж тебя выдать все же придётся, – уверенно подчеркнула она и с улыбкой, полной любви, принялась рассматривать меня.
Должно быть, вы, дорогой читатель, представили, какая каша образовалась в моей и без того ошарашенной всем происходящим голове. Я ожидала увидеть «паучиху», скрягу, злую старушенцию, которой идеально подходил ее темный, неприветливый, как она сама, дом. А увидела радушную, бодрую, молодящуюся даму с прямой, как бы это ни было сложно, спиной и сияющими добром глазами.
Конечно, я, как никто другой, знала, что выражение лица, улыбка и объятия – набор условий не самый обязательный для добродушного человека. Им с радостью и великим опытом пользуются такие твари, что…
Она повела меня в дом, по пути недовольно бурча, когда ноги увязали в той самой проросшей сквозь камни траве. Мне захотелось подхватить ее под руку, помочь, но я не торопилась делать хоть что-то, чем могу прогневать старушку.
Лилит было лет шестьдесят, может, чуть больше, потому что на её возраст указывали лишь морщины вокруг глаз и рта. А ещё то, что она плохо управлялась с ногами. Было понятно, что трость ей нужна не для образа: она и правда с трудом переставляла ноги. Конечно, это могло быть вовсе не из-за возраста, а по причине болезни или травмы.
Как только я назвала ее про себя старушкой, еле сдержала смешок. Потому что теперь в этом доме жили две старухи, одна из которых очень неумело притворяется молодой девушкой. Да и имеет молодое, не запинающееся тело.
— Чем же ты на самом деле довела свою леди до обморока? – поинтересовалась хозяйка, когда мы уселись за стол. Оливия и еще пара девушек выставляли тарелки с мясным блюдом, салатами из овощей, ароматным свежим хлебом, от которых пахло уютно, по-домашнему, а что важнее всего – сытно!
— Умерла самая старая дева, и ее место заняла я! Жить в одном доме с…
— Да. Зная Диану, я представила себе ее состояние, когда утром прочла некролог, - перебила меня Лилит и хмыкнула. – Но жизнь здесь, Стефания… тоже может оказаться для тебя сложной, - улыбка сползла с ее лица, и я приготовилась к тому самому «но», которого ожидала, совсем не веря в сиропное начало нашего знакомства.
— Я не жалуюсь на трудности, леди… И готова помогать во всём, что вы посчитаете нужным, - с готовностью ответила, наблюдая за ее глазами. Какой бы опыт держать покерфейс она ни имела, с глазами это не работает!
— Можешь вести дом, потому что сил и времени у меня на это совсем нет. Но потом… мы все же подыщем мужа. Твое приданое используется на усмотрение брата. И что-то мне подсказывает, что он «потерял надежду» на расставание с деньгами, - она как-то недобро хохотнула.
— Как скажете, леди, - меньше всего я хотела замуж, но сейчас не стоило перечить хозяйке ни в чём: у меня было еще слишком много вопросов к этому месту.
— Диана сообщила в письме, что ты невыносима. Но пока я не вижу проблем, которые могут возникнуть с тобой. Диана вышла из простой семьи и не совсем верно понимает роль леди. А ты… неужели не хотелось побороться за наследство, родив сына? Почему претенденты на твою руку не были настойчивы. Ведь это немалый куш?
— Не знаю, леди. Думаю, они слабаки! – выпалила я.